Театр для Волкодлака

Я подошла ближе и снова рыкнула, продемонстрировав свою пасть, но ничего не случилось. Существо продолжало ползти и шипеть. Я наклонилась и заметила, что глаза у мужчины хоть и поблескивают в темноте, но совершенно пустые, стеклянные.

"Он что, спит?! - догадалась я. - Вампир-лунатик, никогда не думала, что такие бывают!"

Дальше все было просто. Я обошла вампира сбоку и легонько перевернула на спину. Он еще с минуту подергался и затих, а еще через несколько секунд я увидела новый вид морфинга, как вурдалак из могилы превращается в раненого.

Только это мало помогло. Мужчина забился в судорогах и захрипел. Из ран снова ливанула кровь в пугающем количестве.

Ноздри затрепетали от чарующего, гипнотического аромата настоящего воска. А в сердце снова закралась тоска. Мне не хотелось его бояться, не хотелось убивать, и не хотелось смотреть, как он умрет. Я не хочу, чтобы он умер! Почему? А без ответов. Просто не хочу, мое сознание наотрез отказывалось задаваться хоть какими-то вопросами. Этот вампир и девочка-оборотень - первые существа, которые мне встретились в этом мире, и почему-то все мое нутро, мой характер, интуиция и звериное чутье говорили хором, что я несу за них ответственность.

Как, с чего и почему? Не имело никакого значения!

- Он умирает, - подала голос из своего убежища Милисса. - Яд убивает в нем магию. У него даже не хватило сил на трансформацию, хотя он и почувствовал мою кровь.

Я перевела на девушку несчастный взгляд. Почувствовала, как огромные уши прижимаются к затылку, а из раненного горла вырывается предательский скулеж.

Рыжик смогла меня удивить. Я-то уже решила, что она боится этого вампира и ненавидит его. Столько было ненависти в ее приказе. Но она выбралась из своего угла. Подползла поближе, расположилась около меня и принялась осматривать воина очень внимательным взглядом. Потом сочувственно посмотрела на меня и произнесла почти с горечью.

- Ему не помочь, ваил. Здесь только живая кровь нужна, - у девушки было почти несчастное лицо.

- Ваил, я понимаю, что этот вампир вам дорог, но его не спасти. Он умрет от яда. Возможно, милосерднее было бы добить...

Последние слова девушка произнесла вкрадчивым шепотом дьявола-искусителя. Но со мной этот фокус не пройдет. Знаем мы эту вшивую философию - выживает только сильнейший, а на слабых плевать. Они - пыль под ногами сильного. В моем мире люди жили так тысячелетиями и сейчас живут, только научились называть этот бред по - другому.