Часовые Памяти

- Что же мне с этим делать? Оторвать себе голову?

Женька вздохнула и погладила императора по щеке.

- Не надо мучить себя. Ты – ни в чем не виноват. Ты - прекрасный человек. Никогда не забывай об этом! У тебя красивые добрые глаза, заразительный смех и приятный голос. Повторюсь, у тебя просто шикарные глаза. Пообещай, пожалуйста, что ты сделаешь абсолютно все возможное, чтобы быть счастливым. Это не так сложно, как может показаться. А сейчас я попрошу выполнить одну мою небольшую просьбу. Закрой глаза и вспомни все, что тебя волнует, не упусти ни единой тревожной мысли.

А теперь... наверное, глупо советовать - забыть, да? Попытки сделать это уже ведь были, верно? Тогда... просто отпусти это. У тебя все впереди. Неужели стоит жить со всеми этими переживаниями? СЕЙЧАС – все иначе. И я тебе не враг…

Павел улыбнулся и нежно поцеловал птичью ладошку.

- Я мог бы сказать тебе то же самое. Но не стану тратить время на болтовню. Кто знает – сколько нам его отпущено?

Когда они в очередной раз выползи из душа, то обнаружили в комнате Васю, сидящего в кресле с каким-то свертком в руках.

- Однако! – озадаченно хмыкнула Женька. – Одно из двух: либо наш горячо любимый директор научился проходить сквозь стены, либо какая-то зараза опять дверь запереть забыла!

И грозно посмотрела на императора. Он только вздохнул и виновато опустил глаза.

- Да вы не смущайтесь! – лучезарно улыбнулся директор. – Чужие тут не ходят. А я – в доску свой. И к тому же у вас возле дивана очень удачно ширмочка стоит. Так, что зайди я не вовремя – ничего бы не увидел!

- Это радует – вздохнула Птица, и незаметно показала Павлу кулак.

А потом повернулась к Васе.

– Чему обязана столь поздним визитом?

- Помилуйте, Женечка! У вас же сегодня – день рожденья! Как вы могли об этом забыть? Я вот – вспомнил и зашел поздравить…

И он задумчиво толкнул ногой, стоящую возле кресла корзинку, которую Птица сначала не заметила. Внутри что-то призывно звякнуло.

- Нам нельзя! – дружным хором отозвались обитатели государевой «норы».

- Да я уже догадался – грустно вздохнул директор. – Что пить вы не будете…

И промурлыкал:

- У любви, как у пташки крылья… Ее нельзя никак поймать…

Потом усмехнулся в усы, и добавил:

- А уж отложить – тем более нельзя!

- Вы о чем? – изумленно спросила Птица, пытаясь одновременно запахнуть халат, и вытащить из кармана пояс.

- О том, что раз государь тебя уже поздравил, то наш общий подарок я сам преподнесу.

И он сунул ей в руки увесистый сверток.