Часовые Памяти

- Открывай, величество, твою ж дивизию! – орал знакомый голос. – Забыл, царская твоя морда, о чем мы договаривались?!

Павел отскочил от Женьки, с досадой хлопнул себя по лбу, и немедленно распахнул дверь. В комнату ввалился изрядно покрасневший и взмокший, как после бани, Василий Юрьевич. И почему-то с большой коробкой в руках.

- А-а, наша сладкая парочка опять в своем репертуаре! - картинно воскликнул он, и окинул быстрым взглядом и сваленные со стола вещи, и упавшую на пол чашку со злосчастным кофе, вокруг которой уже растекалась темная лужица.

- Женя, вы решили из литераторов переквалифицироваться в режиссеры? И теперь, очевидно, работаете над постановкой семейных сцен?! Так вот, как генеральный директор этого дурдома – приказываю! Отставить балаган и немедленно отправиться мне на помощь!

- А что случилось-то? – спросила слегка встревоженная Птица. – Опять что ли темные силы нашу Гатчину осаждают?!

- Ага! Очень темные! В лице кучи расписных актеров и жаждущих небывалых впечатлений зрителей! У нас сегодня по плану – закрытие летнего паркового сезона, если кто забыл.

И парад уличных театров, между прочим! Так что, прекращайте разборки, дорогие новобрачные, и марш – на улицу. Волонтеров катастрофически не хватает, и вы там как раз пригодитесь. Женя, будете следить, чтоб шибко резвые детишки не выскочили на середину театрального шествия. А ты, дорогуша, должен указывать выступившим артистам, где у нас комнаты отдыха и всякие удобства. Потом можешь смешаться с толпой и погулять по парку, в качестве местной достопримечательности. Вздумаешь поучаствовать в платной фотосессии – прибыль пополам! А то чиновничьи морды опять денег на реставрацию давать не хотят. Ну вот, кажется – все. Хотя – нет! Ты, величество, можешь надеть, как всегда, парадный мундир. А вас, Женечка, я попрошу примерить это…

Директор музея открыл коробку и достал карнавальное платье. Короткой пышной юбкой и рукавами-«фонариками» оно напоминало костюм Коломбины. Но при этом было густо, от лифа и до края подола, расшито разноцветными перьями.

Они украшали и маленькие остроносые башмачки, а еще к этому наряду прилагалась круглая шляпка-каскетка с изображением некоей разноцветной птицы.

- Это что – я на вашем маскараде должна попугаиху изображать? – для приличия проворчала Женька, хотя наряд ей сразу понравился.

Василий наставительно ответил:

- Не попугаиху, а прелестную невесту Птицелова Папагено из знаменитой оперы «Волшебная флейта».