Часовые Памяти

.. мать её... Ага! Вспомнила – «ятрогенную патологию в виде фобии» - это нормально? Это поощряется на законодательном уровне? Да вы же звери, господа!

Павел с улыбкой выслушал этот научный бред.

- Какие у тебя «фобии», солнце мое? Ты же – самая бесстрашная ворона на свете!

- Скажи лучше – самая без башенная! Ладно, не скучай! Я быстро!

- Я, пожалуй, в нашу «нору» пойду – сказал государь, убирая чашки. А ты лети, прекрасное создание. И вернуться не забудь.

- Да уж! Еще стишок дурацкий вспомни! – «ты - как май прекрасна, как дитя светла, но меня смущают ступа и метла».

Тоже мне – майскую розу нашел! Я – ОСЕНЬ!!! И давно уже не дитя…

- Я бы не был столь категоричен – хмыкнул Павел. – Ты выросла, но не повзрослела. Не всегда вместе с возрастом приходит мудрость. Иногда он является один… И, как говорится, - «горе побежденным»!

- Да неужто? – поинтересовалась Женька. – Это мы уже проходили! Или – не мы?

И, напевая себе под нос, она вышла из кабинета с гордо поднятой головой.

Кто был охотник? Кто добыча? Всё дьявольски наоборот.

Что понял, длительно мурлыча, сибирский кот? В том поединке своеволий - кто в чьей руке был только мяч? Чье сердце? Ваше ли, мое ли? Летело вскачь?

Император только развел руками. Потом зорким оком оглядел кабинет. Обнаружил торчащий фолиант, и попытался заткнуть его на место. Но понял, что что-то ему мешает. Он вытащил книгу. Следом за ней со звоном вывалилась пустая бутылка. Павел присвистнул.

- Ну, разумеется! Где еще прятать пойло, как ни в моем кабинете? Нашей вороне даже толпы туристов не помеха! Хотя сегодня, кажется, короткий день.

И музей с обеда закрыт. Вот барышня и развлекается! Хм! Еще и ноутбук на подоконнике бросила! Хорошо, что никто его там не приметил. Впрочем, тени Русского Гамлета, наверное, давно пора обзавестись чудесами современной техники.

Он еще раз внимательно оглядел кабинет, прицепил на место зеленый канат, загораживающий вход, и отправился в свою «нору». Предстояло разобраться в планах на очередную реставрацию.

Что он, собственно, и делал до того, как его понесло в Сигнальную Башню. Павел снова занялся бумагами. Закопавшись в чертежах и сметах, он не сразу понял, что времени прошло много, а Женька до сих пор не вернулась. Часы за его спиной пробили восемь раз. Император вскочил на ноги.

- Черт! Там же уже темно! И холодно! Куда она подевалась?!!

Он заметался по комнате. Воображение услужливо подсовывало ему картинки одну страшнее другой.