Чёрная королева: Опасная игра

— Ведьма!

— Убийца! Гаденыш!

Карета зацепила колесом камень, накренилась на повороте, и они едва не вылетели в открытую дверь, но Рикард смог освободиться от захвата и зажал Эрионн в угол, навалившись сверху. Ей мешало платье, и он, задрав на ней шелковую верхнюю юбку, попытался набросить на ее плечи, обездвижив руки.

— Ублюдок!

Она крикнула что-то весьма неприличное для леди и ударила его головой в лоб.

— Змея! — он отстранился.

— Сволочь! — прохрипела она и обхватила его ногами за талию, притянула к себе, стиснув в объятьях, и изо всех сил снова впилась зубами в шею.

Да она же горло ему перегрызет! Не горло, но порвет сонную артерию…

Рикард вцепился ей в волосы, оттаскивая от своей шеи, а другой рукой успел перехватить её руку с невесть откуда взявшимся кинжалом.

Ударил её запястье о стенку кареты. Раз, другой, третий…

Да какая же она сильная!

Она была похожа на стальную змею. И на натянутую тетиву. На сгусток ярости.

И, казалось, она не чувствует боли от его ударов.

И даже когда он ткнул её в живот, она лишь охнула, а затем, закинула ногу так высоко, что каблук туфли прошелся по его щеке и скуле. А другой ногой попала ему в пах, а потом в живот, и отбросила от себя.

Демоны Ашша! Как же больно!

Кинжал улетел в открытую дверь.

Она снова хотела его лягнуть, но он поймал её за щиколотку, дернул на себя, стаскивая вниз. Она извивалась и ударила его каблуком другой ноги прямо в недавнюю рану ниже колена.

— Стерва! — Рикард потянул её за ногу на себя.

Она цеплялась руками за сиденья, стены и подушки, атласная обивка кареты с треском разорвалась.

— Скотина! — кричала она, перемежая приличные ругательства с неприличными.

Он хотел вывернуть ей ногу, но не успел…

В воздухе с шипением что-то лопнуло, словно открыли бутыль игристого вина, и лошади вдруг встали, как вкопанные, взвились на дыбы с диким ржанием, а потом снова дернулись и понеслись. Карета накренилась, и Рикард вылетел наружу, отпустив её ногу и схватившись за открытую дверь.

Но та, не выдержав его веса, оторвалась, и он рухнул вместе с ней прямо в придорожную канаву.

А карета покатила дальше, сначала на двух колесах, норовя завалиться на бок, но потом всё же выправилась, тяжело скрипнув, встала на четыре колеса и скрылась за поворотом.

Рикарду повезло - в канаве лежала старая солома, скошенная трава и гнилые дыни. И поэтому падение хоть и было неприятным, но оказалось не смертельным.