Седьмая дочь графа Стера

В итоге Ирга с тяжким вздохом отобрала кинжал и сделала все сама. Изабо вскрикнула от резкой боли, в ужасе уставилась на набухающие алые капли. Быстро порезав собственную ладонь, бафомет переплела их пальцы и удовлетворенно кивнула.

— Кровь к крови, душа к душе. Теперь ты наша, Изабелла Джад!

Девушка пока не понимала, что это значило, но надеялась, сделка принесет положительные перемены в ее жизнь.

— Не думай о других, поступай по своему усмотрению, — напутствовала демоница перед тем, как раствориться в ночи.

Странно, перемазанная чужой кровью ладонь почти не болела. Изабо отважилась зажечь свечу и убедилась, порез стремительно затягивался. Вскоре о совершенном ритуале напоминала только узкая алая полоска. Оставалось, вытерпев легкое жжение, вымыть руки, закрыть глаза и встретить новый день уже другой Изабеллой.

Глава 6

— Ты опять еле тащишься!

Ну да, в мире есть неизменные вещи. Одна из них — Генри. Скорей бы братец вернулся в университет! Чему их только учат?

Изабо втянула голову в плечи и постаралась незаметно проскочить мимо ухмыляющегося Генри.

Он будто специально занял половину лестницы, вальяжно облокотившись о перила, вытянул ноги в проход. Девушка опаздывала к завтраку, а брат задерживал. Как бы подножку не поставил!

Даже с лестницы слышно было стук молотков — рабочие восстанавливали последствия недавних разрушений. Изабо испытала короткий прилив стыда. Может, действительно стоило сдержаться?

«И долго ты собираешься терпеть?»

Девушка вздрогнула и заморгала.

Ей послышалось?

«Я за твоим левым плечом», — продолжал до боли знакомый голос. Кому же он принадлежал? Точно, Ирге!

Изабелла осторожно скосила глаза и убедилась, крошечная демоница парила рядом с ней. Алые с черными перепонками крылья чуть подрагивали на манер стрекозиных.

Генри бафомет не видел, иначе пакостная улыбка сползла бы с его лица, сменившись криком. Брат вырос избалованным и на пару с Кетрин больше всех донимал Изабо. Он видел в ней идеальную жертву и не раз подымал на смех перед приятелями.

Изабелла больше любила Нормана. Тот хотя бы ее не замечал, а если вдруг, то вел себя, как со всеми: сдержанно, холодно.

— Ну, чего застыла?

Развязной походкой, заложив руки в карманы, Генри спустился на пару ступенек и оказался перед сестрой. Та попыталась обойти его, но безуспешно.

— Из-за тебя Кетрин плачет, — выплюнул он.

— Почему?

Изабелла часто заморгала, не находя связи. Потом догадалась: поведение сестры спугнуло мифического жениха.