Проклятье драконов

Сейчас на улице был слышен лишь шум дождя, который так и не прекратился. Небо было затянуто свинцовыми тучами; берёзы, что росли в палисаднике у подъезда, иногда склонялись в сторону окна под порывами ветра.

— Как-то не располагает погодка к прогулкам, не находишь? Может, сама? Или такси вызовешь? — поёжилась я.

— Я не знаю, что такое «такси», и сюда я добирался по путанным обрывкам воспоминаний твоей подруги. Вряд ли сумею найти обратную дорогу. Если не готова возвращать свою наперсницу и помогать мне связаться с ней, уж показать мне обратный путь ты в состоянии? — Тина изогнула бровь, после чего отвернулась и еле слышно пробормотала себе под нос, но я расслышала.

— И почему моей единственной надеждой на помощь оказалась ленивая и бесхребетная девица?

Слова девушки, которую я считала подругой детства и самым близким человеком, больно ранили. Я знала, что я не такая целеустремлённая бизнесвуман, как Тина, или не такая энергичная и позитивная авантюристка, как Ольга, но всё же я не считала себя слабой, ленивой и уж тем более бесхребетной.

— Собирайся, — зло выдохнула я, промаршировав на выход из комнаты, не забыв смачно припечатать дверь.

Последнее, правда, зря сделала. От гулкого удара мне на голову осыпалось немного штукатурки с антресолей, которые располагались над коридором в кухню. Я стряхнула белёсую пыль с волос и прошла на кухню, чтобы попить воды. Кран издал гулкий звук, плюнул несколькими каплями воды, и только после этого из него потёк стабильный холодный поток.

Я подставила стакан. Бабушка запрещала мне пить из-под крана, приговаривая, что воду надо пить кипячёную и тёплую, но плохие привычки трудно искоренить. Я услышала скрип половиц в коридоре и поспешила развернуться к окну, чтобы не смотреть в глаза Алевтине. Какие бы цели она не преследовала, сегодняшнее её поведение грозило поставить в нашей дружбе жирную точку.

Баба Люда открыла форточку перед уходом, и сейчас порыв ветра приподнял белую тюль, а в лицо пахнуло свежестью дождя.

С улицы доносился шум машин и гомон голосов, ещё я расслышала шум приближающегося трамвая. Все друзья и знакомые удивлялись, когда впервые приходили в гости, как можно жить возле трамвайных линий, а я давно привыкла, и уже не замечала ни шума, ни трясущейся посуды от громыхающего мимо транспорта.

Я как раз поднесла стакан ко рту, когда Алевтина с громким воплем «О нет!» рванула на себя мою руку, отчего я расплескала на себя всю воду.