Проклятье драконов

Сэммин нахмурился, а я принялась рассказывать историю о том, как однажды очнулась в пентаграмме, и что за этим последовало. Какое-то время мужчина молчал, а затем улыбнулся. Оказалось, что у него была очень красивая улыбка и небольшая ямочка на левой щеке.

— Браво, леди Алевтина! Я почти вам поверил, так складно вы брешете.

Я взвыла и заломила пальцы, после чего вслух обратилась к гримуару:

— Тейрес, помоги мне! Есть ли какое-то заклинание правды?

— Тейрес? — удивлённо приподнял брови Сэммин. — К кому вы обращаетесь?

— К гримуару.

Я дала ему имя.

— Дали имя? — удивившись ещё сильнее переспросил маг.

— Да.

— И назвали его в честь Тейреса Великого… Затейливо.

Сэммин окинул меня задумчивым взглядом, затем подхватил мой гримуар, покрутил его в руках и что-то шепнул, отчего книга заискрилась по обложке голубыми искрами.

— Что вы делаете? Перестаньте! — испугалась я за единственное существо, которое заботилось обо мне в этом мире.

— Успокойтесь, Алевтина, — спокойно произнёс мужчина.

— Вам нечего бояться. Пока. Вы — маг воды?

— Да никакой я не маг! Говорю же, я из другого мира, в котором нет магии.

— Пожалуй, вы правы, и заклинание правды сделает вас посговорчивее. Даже со всеми вашими уловками вы не сможете противостоять магу пятой ступени.

С этими словами Сэммин подошёл обратно ко мне, положил правую руку мне на солнечное сплетение, пробормотав себе под нос какое-то заклинание и сделав пас левой рукой, и в тот же момент я почувствовала холод. Он сковал всё моё тело, проник в самые отдалённые уголки души.

Окружавшие меня краски померкли, накатила апатия и мне стало абсолютно безразлично на всё происходящее вокруг, меня даже перестала пугать моя дальнейшая судьба в этом мире. Всё сковал лёд, холодный, как глаза мага, который навис надо мной грозовой тучей.

— Как тебя зовут? — потребовал он.

— Алевтина, — бесцветным голосом ответила я.

«Мы же уже это выяснили, разве нет?» — мелькнула мысль на самом краю сознания, но тут же была задушена холодом безразличия.

Какая мне, собственно, была разница, что Сэммин у меня спрашивал, что вообще ему было надо от меня. Ничего не имело значения.

— Сильна, — выдохнул мужчина, на его висках я заметила капельки пота. — Кто ты такая, и где Миорен?

Во второй раз за ночь я повторила свою историю, но в этот раз сердце не защемила тоска по родителям, не было страха за свою жизнь или лёгкого опасения за мою карьеру, которую я выстраивала с таким упорством.