Королевский поцелуй

Это было… - я обратилась к соседке, подбирая слова.

- Жестко, - усмехнулась симпатичная блондинка с глазами цвета крепкого кофе. Она была высокой, изящной, обманчиво хрупкой, с длинными пальцами, идеальной осанкой. Аристократов сразу видно. Слишком ухоженные руки, кожа, не видевшая палящего солнца. Необычное зрелище.

- Не то слово. Оливия Штерн.

- Глэма Ричардсон, - улыбнулась она, протягивая ладонь.

Я сначала пожала, а потом сообразила и округлила глаза.

- Ричардсон? Вы – дочь герцога Ричардсона?

Она закатила глаза и мотнула головой.

- Просто Глэма или Ричардсон, ладно? Заслуги моих предков не делают меня выдающейся.

Похвальный подход.

- Не вопрос. А ты? – я повернулась к соседке справа.

В отличие от Ричардсон, она отлично соответствовала месту и мероприятию. Невысокая, крепкая, с плотными тяжами мышц, играющими под обтягивающей одеждой. На резких скулах и квадратном подбородке несколько шрамов. Короткая стрижка еще больше подчеркивала принадлежность к наемникам или бандитам.

- А я здесь ради победы, а не ради милой болтовни, - резко ответила она и прищурилась, наблюдая за возней на помосте. Верховный колдун что-то обсуждал с королем и верховной ведьмой.

- Это Эзра Монагон, - просветила Глэма. - Баронесса Монагон. Заносчивая, но опасная. Лучше с ней не связываться.

Ого, а с виду и не скажешь, что баронесса!

Ведущий мероприятия прокашлялся, и мы свернули разговор.

- Семнадцатый ежегодный отбор хранительниц для джаффаров, с позволения Эрвина и его величества, объявляется открытым!

Ликование трибун смешалось с облегченными вздохами участниц.

- В первую очередь, хочу поздравить джаффаров и девушек с началом отбора! Здесь собрались лучшие из лучших! Но, сегодняшний, семнадцатый отбор – особый, потому что… впрочем, я лучше дам слово его величеству!

Глэма и Эзра переглянулись, подались вперед. Трибуны приветствовали правителя и долго не затихали. Король жеманно улыбался, кланялся и, наконец, поднял ладони, увешанные золотыми перстнями.

- Ну, полно, полно. Дорогие мои поданные, сегодня особый день. Я хочу назвать семь имен и советую хорошенько их запомнить, потому как одно из них прочно, я бы даже сказал, навеки, войдет в историю. Оливия Штерн, - сердце сделало кульбит, когда его величество посмотрел на меня. Я улыбнулась и ответила вежливым кивком. Он знает моё имя! Начало положено. – Глэма Ричардсон, Эзра Монагон, Индира Хизер, Бара Мерлот, Маринда Форот и Триша Бауэл.