Не хотел бы ведьму в тещи, милый?

В последний я не выдержала, остановилась и с придурковатым выражением лица потопала к кустам, где он скрылся со словами: “Ой какая красивая собачка! Ты потерялась, маленькая?”. Волк обиделся и не вышел ко мне, только зря под дождем мокла, зато теперь следовал за машиной не скрываясь. Он появлялся на обочине после каждого поворота и быстро скрывался в кустах, когда я пыталась затормозить.

Дома же я первым делом стянула платье и зашвырнула его подальше в шкаф, после переоделась в другое, нейтрально-серое и почти вбежала в гостиную.

Ожидаемого зрелища в виде обнаженного Грега, пьющего молоко, так и не последовало, зато на его диване валялся довольный Пацифик. При виде меня кот сел и уставился зелеными глазищами, чуть подсвечивающимися в предгрозовой темноте.

“Ну что, коварная обольстительница, как там твои дела? А, вижу, не помята, не довольна, запахом не отмечена… Скукота, так и помрешь старой девой с мечтами о своем драгоценном Тони!”

В этот раз внутренний голос был особенно резок и разговаривать с ним не хотелось.

Я включила кофе-машину и с тоской вспомнила свой кекс. Столько труда, столько продуктов, такой отличный рецепт, а эти остолопы ни кусочка не взяли. Эх, надо было все же заскочить в магазин по пути: пополнить запасы Грега и прихватить себе что-нибудь запретное и успокоительное. Паци, видимо, тоже проголодался, потому как шустро подбежал и прыгнул прямо ко мне на колени.

“Никто не станет принимать подачки от такой коварной женщины: ни коты, ни волки! Нет на тебя зелёных!"

Это было уже слишком даже для моей шизофрении, тем более миска Паци оказалась вылизана дочиста.

Подачки он не принимает, ну-ну.

— Сейчас покормлю моего бестолкового котика, моего пусика, сейчас-сейчас, — наглаживая его по черной спине, я встала в поисках кошачьих консервов, но Паци выкрутился, прыгнул на стол и буравил меня взглядом уже оттуда.

"Эй! Нечего сюсюкать! Так вообще без мужика останешься! Я, знаешь ли, терпелив, но у всего есть предел!"

После чего Паци демонстративно отвернулся и задрал нервно дергающийся хвост.

— Ты кто? — выкрикнула я, сотворив простое атакующее заклинание.

Паци трусливо спрыгнул на пол и скрылся от меня за барной стойкой.

“Я твоя совесть!” — прошелестело в голове.

“Нет!”

За время разговора я успела схватить тяжеленную бутыль с вином и пошла в обход с оружием уже в двух руках. Настоящая боевая ведьма, гроза собственной шизофрении.