Снежный король

— Киска потерялась? — с глумливой улыбкой спросил обернувшийся человеком. Он почесывал заросшее седым волосом пузо, как будто предвкушая вкусный ужин.

Барс зарычал, не собираясь отвечать по-иному. Он мог справиться с волколаками, даже с тремя. Не сказать, что легко, но мог. Только время! Минуты таяли, как снежинки на горячей ладони. Приближающася полночь била набатом. Снежный кот попятился. Если ему удастся обойти их, проскочить, они не догонят.

— Киска боится? Ну что ты, давай поиграем. — Мужик улыбнулся еще шире, обнажая такие же желтые и кривые клыки, как у волка.

А потом кувыркнулся опять, превращаясь в полете. Все трое волколаков накинулись на барса, стремясь задавить числом.

Андрей сражался, не стремясь победить. Ему было важно вырваться из этого рычащего клубка. В ход шло все: когти, зубы. Хотелось проклясть свой слишком длинный хвост, в который так удобно впиваться противнику.

Он огрызался, бил лапами с серповидными когтями, мохнатая шерсть застревала в пасти, мешая. Извернувшись, барс вцепился клыками в загривок волколака-насмешника.

Послышался противный чавкающий хруст, и волк осел на снег с помутневшими глазами. Два других волколака как-то сразу присмирели. Поджав хвосты, они отползли от барса. Пища теперь была, а значит, сражаться больше не за что.

Если бы коты умели плеваться, Андрей бы обязательно сплюнул. Каннибалы. Он не стал задерживаться, побежал дальше, не замечая, что за ним по снегу тянутся кровавые капли.

* * *

Пана любовалась красиво накрытым столом и украшенной гостиной.

Все-таки этот Петр, хоть и сумасшедший, но позаботился обо всем для празднования Нового года. Мандарины, оливье, сырная нарезка, шоколад, шампанское. Ананас, так и не разрезанный, стоял в центре стола. Взглянув на часы, Пана налила себе бокал игристого напитка. До полуночи оставалось два часа, и она решила проводить старый год.

— Пусть все несчастья остаются в прошлом году! — провозгласила она и чокнулась с бутылкой шампанского. Другой компании все равно не было. Не идти же на улицу с вепрем на брудершафт пить.

Пана пригубила напиток, вздохнула. В прошлом году ее мир перевернулся с ног на голову. Еще весной она верила в настоящую любовь, была влюблена в Сашку, летала от счастья, как на крыльях. Пока не выяснилось, что ее избранник всего этого не разделяет и что «они слишком рано начали встречаться, а значит, не узнают, как это с другими». Право выбора. Так Сашка тогда сказал. Он хочет иметь право выбора, а для Паны это означало, что он выбирает не ее.