Наследница стихии. Избранная для короля

— Почему Алессия настолько истощена? Ты не принесла ей завтрак?

— Это Милеана… — лепечет девушка.

— Простите, господин… она не притронулась к еде. И вчера тоже.

— И вы не сказали об этом?!

Служанки молчат. Мне становится жаль девушек. Заставляю себя открыть глаза. Я все еще в его руках. Как кукла.

— Это не их вина.

— Оставьте нас, — командует слугам. Я удивленно смотрю на него, а он подходит к тахте и аккуратно кладет меня на подушки.

— Рад, что вы очнулись. Теперь ответьте мне, к чему эта голодовка? Уморить себя — не лучшее решение проблемы.

— Это не мой выбор. Вы распорядились кормить меня воздухом. Подносы были пусты, — нахожу в себе силы заявить прямо в лицо.

Анрес поднимает брови.

— Что ж, я мог бы поспорить, но боюсь, вы слишком голодны, и вашего запала не хватит надолго. А меня, признаться честно, даже забавит дерзкий характер.

— Так, может быть, вы наконец накормите меня, Ваше Высочайшее Величество? — специально утрирую его статус. Наверное, я любительница пощекотать нервы себе и другим.

Не могу прикусить язык и ждать милости.

Король оставляет колкость без ответа. Вместо этого, протягивает руку к моему лбу. Шарахаюсь от неожиданности.

— Позвольте. В этом нет ничего страшного.

— Разве вы можете меня касаться?

— Да. Я же король.

— Отлично. Значит, и я могу коснуться вас, — предоставляю ему свой лоб, и сама тянусь ладонью. Лицо правителя напрягается. Но он позволяет мне эту слабость.

С самого первого взгляда мне хотелось дотронуться до него. Узнать, насколько живой, теплый или холодный? От моего прикосновения прохладная кожа нагревается и начинает мерцать еще сильнее.

В глазах что-то происходит, и я впервые замечаю, что его зрачки могут менять цвет. Сейчас они глубокого синего. Как море в солнечную погоду. Такие же красивые и манящие. А еще опасные и обманчивые. Момент, и начнется шторм.

— Довольно, — Анрес заставляет меня убрать руку. И сам отдергивает свою. Между нами возникает напряжение. Клянусь, я чувствую, как бьется его сердце! Очень-очень быстро.

— Значит, у вас оно есть...

— Так вы мечтали об этом?

Не сразу понимаю, о чем говорит и как его сердце связано с тем, о чем я мечтала.

— Вовсе нет, не претендую на ваше сердце, — заливаюсь краской.

— Пеперони, — тянет, делая неправильное ударение.

— Чего?! — поднимаю брови. На столе, около вазы с цветами стоит поднос. И на этот раз на нем огромная пицца. Около метра в диаметре. — Боже! Где вы нашли такую здоровую?! — только и могу спросить.

— В вашей голове.