Страж света и ключи стихий

– Вы наверняка знаете, что я ищу пропавших детей для их семей. И я стал этим заниматься, когда у меня самого пропала дочь. Конечно, я делаю это не один, а с такими же безутешными родителями, как я. Мы объединились и уже двадцать лет ищем разгадку исчезновения детей и их самих.

– Да, мы сожалеем, что когда-то с вами случилось такое горе, – поддержал его Тит, а я замерла, неужели они нашли моих родителей? – полагаю… возможно, Ирда, одна из тех детей?

– Именно, – произнес Сорин. – Я узнал, что с недавнего времени на ее плече появилась родовая печать.

– Да, это случилось… – я вспомнила, как прожгло мое плечо, как раз когда я знакомилась с мужем мадам Антарис, и рядом был Тит, – на турнире.

В моей душе возросло непонятное волнение и тревога.

– Можно ли посмотреть на нее? – тихо спросил Сорин.

Я взглянула на Тита, тот лишь слегка улыбнулся и согласно кивнул, будто он уже все знает наперед. Хотя не удивлюсь, если это так. Подруги внимательно слушали разговор, следя за нами. В глазах Светы загорелись огоньки, в то время как Бель в волнении кусала губы.

Мадам Антарис и ее муж застыли в ожидании, в их глаза явно читалась тревога, боль и… надежда? Я повернулась спиной к мистеру Антарису и задрала кофту до шеи, благо, синяков на спине уже не было. Наступила гробовая тишина, и я уже собиралась посмотреть непонимающе на гостей, когда почувствовала легкое касание к плечу. Я дернулась, так как татуировка вновь обожгла меня.

– Ай…

Помимо моего возгласа я услышала всхлипы. Непонимающе посмотрела на Тита, он грустно мне улыбнулся.

Что происходит?

– Афигеть, – прокомментировала Света, – ну, наконец-то!

Я непонимающе повернулась к Антарисам, те с грустью внимательно смотрели на меня. Мадам Антарис быстро меня обняла и, заплакав, сказала:

– Девочка моя, нашлась…. Сорин, это же она… она, наша доченька.

Сорин тоже прослезился и обнял меня. Только я застыла, непонимающе хлопая глазами. Кажется, все мысли куда-то улетели, и я никак не могу осознать происходящее.

– Не понимаю, – тихо ответила я.

Мистер Антарис заглянул мне в глаза.

– Ты наша Вельта, наша дочь, которая пропала двадцать лет назад.

Я опешила.

– Но ведь мне только девятнадцать на днях исполнится, – прошептала я.

– Нет, тебе будет двадцать один в июле, и мы точно уверены, что ты наша... – ответил он.

На глазах навернулись слезы. Кажется, я ждала этого мгновения всю жизнь. Временами я злилась, думала, меня бросили. Временами надеялась, что меня потеряли, или родители погибли.