Сотая бусина

6 - Многолетнее травянистое растение, применяемое, в народной медицине, мыловарении и в магических целях, однако, действует в третьем случае лишь «изнутри», наполняя организм «солнцем», отпугивающим нечисть, как свет самого светила.

7 - Однолетнее травянистое растение широкого применения, но особенно незаменимо в качестве традиционной кулинарной приправы. В магии используется, как средство, выявляющее «черных» магов, но в одиночку слаб и раскрывается лишь в сочетании с другими антидемоническими травами.

8 - Разновидность слоеного бездрожжевого теста.

9 - Аланты, хоть и относятся к воздушной стихии но, в отличие от магов, при вещании не пользуются заклятиями и знаками, а делают это лишь силой собственной мысли.

10 - «Любимая моя», в переводе с родного языка Ветрана.

Глава 7

- Зигмунд пропал… хо-хозяйка.

- Что? – застыла я, едва переступив порог и перевела взгляд с растерянной домовихи на Ветрана. – Погодите, что значит, пропал?

- Когда я вышел… от тебя, - отвел он глаза, но потом собрался с духом.

– гостей уже не было. С ними вместе исчез и Зигмунд и… повозка.

- А-а-а. Ну так… нормально все, - облегченно выдохнула я. – Вернется. Покатается и вернется.

- На чем… покатается? – вскинул брови мужчина.

- На повозке. А чем еще можно объяснить это групповое исчезновение? А вообще, я пошутила… Видимо, неудачно. Объясняю тебе, Ветран и Груше уже в который раз – если с котом будет что-то не так, я это почувствую. Знак на нем, специальный - охранный.

Что до повозки… Это или Аргус или Алена, естественно с помощью Гелии и естественно, с согласия самого умника. Они, когда вместе собираются и не такое могут.

- Но, хозяйка, - подхватила Груша угол скатерти. – Он, прежде чем пропасть, сюда сначала зашел. Даже не совсем зашел… - смяла она лапками ткань. – Под куражом он был…сильным.

- Ага, горе свое философское яичным ликером разбавлял… Причем, с моего же разрешения… - нахмурившись, попыталась я хоть приблизительно представить себе ход мыслей пьяного ученого кота с манией великолепия, а потом на все это дело плюнула.

– А, давайте спать укладываться. Никуда он не денется. Наверняка к имениннику подался с ответным визитом или с поэтом песни орать. Груш, ты вспомни, исчезал ведь он уже и не раз.

- Так-то в марте, - со знанием темы протянула домовиха. – И в трезвом виде.

- А я говорю, всем спать. Никуда не денется - вернется, - уже начиная закипать, уперла я руки в бока.