Сотая бусина

- Глеб… - прижала я к себе стекляшку. – Не сочти за наглость, но, я тебе его верну часа через… И вообще, меня здесь больше нет… И делайте, что хотите! – прокричала уже из распахнутой задней двери дома, а потом, не теряя ни минуты, поскакала прямо в свою «лабораторную» избушку…

Вернулась я обратно, когда сверчки в моем «престарелом» саду уже вовсю отмечали наступление ночи. Но, появления моего, никто, как будто даже и не заметил. Потому что некогда было:

- Сорок пять… сорок шесть… сорок семь… - трень-де-брень-де-брень.

– И все сначала, Ваше просвещенство.

- Да так не честно! – истошно завопил кот, отскочив в противоположную от слетевших с его хвоста тетушкиных пялец сторону. – Ты не честно тасуешь, нечистая сила! Не буду я их больше крутить. Я тебе не акробат балаганный, а серьезный… Серьезный я и все.

- Хи-хи… Хи-хи, - сдавленно донеслось из района погреба.

- А ты, Грундильда, просто играть не умеешь! – огрызнулся в ту же сторону Зеня и демонстративно задергал своим «акробатическим» хвостом. – Стася! Меня окружают одни завистники и проходимцы! – наконец, заметил он мое скромное появление.

– Ты знала, что твой столичный гость не чист на руку?

- Что, чашек своих обеденных опять не досчитался? – без всякого сочувствия (и из женской с Грушей солидарности), уточнила я. – Зачем ты вообще с магом сел в карты играть?

- А почему я не могу себе позволить такой отдых для уставшего ума?

- А почему ты со мной никогда в карты не играешь? Ты ж у нас философ, мог бы и догадаться, - уела я умника. И поделом ему.

Подумаешь, карты все его насквозь видят. А как самому по наивной домовихиной физиономии ее козыри «с лица считывать» и потом этим хвастаться? – Знаете, что… Вы ужинать то собираетесь? – решила я закрыть тему.

- Да! – слаженно ответили мне недавние соперники. Тема закрыта…

Правда, другая открылась сразу же за ужином, плавно перетекшем в ночное чаепитие. Участвовали в ней все, кроме домовихи, которая постеснялась явиться пред фиолетовые очи нашего гостя. Слыханное ли дело – ночь на дворе, а в доме посторонний мужчина? Как же она, бедняжка, завтра меня будить будет? Но, вообще-то, это я уже отвлеклась…

- … и потому, я думаю, что в вашем мельнике засела, никто иная, как витха.

Телесные наслаждения как раз ее профиль… Анастэйс, ты меня слышишь? – нетерпеливо почесал за ухом Глеб.

- Слышу… Витха, значит. И как ее оттуда выкурить?

- Что она, пчела что ли, чтоб ее выкуривать? – оторвался от вылизывания конечностей, восседающий тут же за столом кот.