Академия артефакторов. Начало

Тем временем, громким рассказом заинтересовались и другие гости, безошибочно угадав, о чём идёт речь. Шуршик был временно позабыт.

— Во-во, ишшо больше даже. Цаца комнатная. И крыса её постоянно тявкала в сумочке. Однажды вырвалась. Эта дурища бежит за ней, орёт, губами по ветру шлёпает. А этот страх божий просто пописать, наверное, решил.

— Кто, девица? — не поняла я.

— Да собака же! Прости, Господи, за такое сравнение.

Соседка благочестиво перекрестилась на иконы в красном углу, и продолжила грешить дальше на близкого своего.

— Видимо, в сумке уже невозможно усидеть было. Ну и выскочил заморыш к моему Чернышу, когда девка сумку на землю поставила. Черныш и понять ничего не может. Запах есть — собаки нету. А та мне диктофоном в рожу тычет, про Запретную поляну спрашивает. Шавка тявкает, Черныш его лапой перекатывает, девка про ковыряние кургана трындит.

С огромным удовольствием историю дополнили бабкины подружки, уже без всяких преуменьшений. Первым, как я поняла, терпение закончилось у Черныша, здоровущего алабая, задаренного пенсионерке внуками.

Когда чихуашка, обнаглев от безнаказанности, полез в его миску, тот хорошенько дал ему мощной лапой. Следом досталось пришлой девчонке, интересующейся древними проклятиями, уже от хозяйки алабая. Репортёрша, подхватив сумочку и диктофон, бежала, по пути подхватывая собачонку.

-Так курган раскопали? — уточнила я. Хорошо бы. Там наверняка самые отборные черви и прячутся. И мне не надо будет с усилием отдирать плотный дёрн.

— А хто их знает, — протянул хор старушечьих голосов, — сказано, поляна Запретная. Мы и не ходим туда. И их давно не видели.

— Неделю уж, — уточнил отдельный тоненький голос.

— Попервости так и шастали в магазин. Говорили, что копают, и технику ставят. Пиво искали. Да кто ж им его даст? Окромя самогона ничего и нет из спиртного. Хошь попробовать? — оживлённо спросила старуха, как я поняла, местный специалист по самогоноварению. Баба Аня чуть опять не поперхнулась молоком, которое задумчиво допивала.

— Ребёнка моего не трожь, шлёндра старая! Своим внукам наливай! — возмутилась она, и самогонщица с видом «а чо такова» на неё уставилась и сказала:

— Так вон мой Ванятка, надегустированный лежит возле дома. Лучше пусть дома пьёт, чем травится химией заморской. Мой напиток натуральный, химиёв в нём нету!

Шуршик резко изменил направление и пополз в сторону зарядки, устало перебирая щёточками.