Академия артефакторов. Начало

Повернув голову и раздвинув мокрые, свисающие с лица пряди, увидела Ванятку — внучка бабки-самогонщицы, которого в последний раз видела релаксирующим на мягкой травке. Его я помнила. В детстве таскался за мной, где бы я ни была. Приставучий смазливый пацан вырос в приставучего помятого мужика. Я не обрадовалась.

— Так это из-за тебя, зараза, я испугалась и в дерево шибанулась? — уточнила я, отползая подальше от воды. Грязь Мых-Тая могла быть лечебной. А могла быть и просто липкой, плохо отмываемой гадостью.

— Это ты за кустом сидел и листьями шелестел? — ещё более сурово процедила я через распухшую верхнюю губу, — подарки откладывал, чтобы кто-нибудь вляпался?

— Собачонку отлавливал, — сказал Ваня, пожимая плечами. Только сейчас заметила у него в руках мелкое, дрожащее от ужаса существо. С каждым словом похитителя, собачку окутывал густой туман перегара. Отчего она ещё громче начинала скулить.

— Так это... — подойдя и посмотрев на собаку, я поняла, что, скорее всего, это та самая приезжая чихуахуа, о которой говорили деревенские бабки.

— А где её хозяйка? Ну, губастая и с выменем?

Ваня пожал плечами, поглаживая огромной ладонью спинку собачки. Та, похоже, смирилась, что с ней сотворят что-то страшное и сидела ровно, как статуэтка.

— Да кто ж её знает. Это в лагерь к археологам надо идти. А насчёт губастой — ты себя хоть видела? С выменем, правда, беда совсем. Но ты не расстраивайся. Вату в лифан напихай, и всё путём будет.

— Себе напихай, — рявкнула я, и поморщилась от резкой боли в ужаленной губе.

Вот повезло-то. Реально повезло, что у меня нет аллергии. Валялась бы сейчас с отёком Квинке, опухая под умные комментарии некоторых.

— Слышь, Крис, — оживился Ваня, — ты это... собачку подержи пока, ладно? А то у меня дел ва-а-ще много.

Сунув мне пса, он резво пошёл в сторону деревни. С таким видом, будто его только что осенила великая мысль. Мы с чихуашкой задумчиво друг на друга посмотрели. Похоже, у меня только что появилась миссия.

Отнести заморыша хозяйке. Всё равно собиралась в ту сторону.

Дорога была недолгая. Но я успела сто раз проклясть ношу — рюкзак с палаткой, и, особенно, удочку. Непринуждённо засунуть собаку под мышку не получилось, рюкзак она возмущённо облаяла. Бросать поклажу было жалко — оборудование для туризма и рыбалки прикупила, не скупясь, самое лучшее. Бросить собаку не получилось в силу её жалобного скулежа. Пришлось, пыхтя, продолжить скорбный путь.