Наследница стихии. Призванная для принца Белых земель

Отпраздновать свадьбу, пожить у них пару месяцев как положено… А затем, когда твои права вступят в силу, ты сможешь вертеть своим мужем, как захочешь, и он пойдет на любое твое условие, — старается пошутить, но выходит как-то невесело.

— И какое же условие я ему выставлю? — с недоверием смотрю на мать. Я знаю о своей красоте. Как говорит бабушка, во мне соединилось лучшее от матери и отца: белоснежные волосы, светлая мерцающая кожа и огромные глаза, меняющие цвет от сиреневого к голубому. Да, я красотка. Но разве в этом счастье?.

— Вы вернетесь во дворец, а твой брат Сейлан отправится в Белые земли на место короля Илиара.

— А если я сбегу? — поднимаю на нее полные отчаяния глаза.

— Неужели тебе так не понравился принц Белых земель, Теодор? — настороженно спрашивает мать.

— Он красив, но одной красоты мало. Я люблю другого, и ты знаешь об этом! — выкрикиваю, хватая ее за руку и прижимая к груди. — Позволь мне быть с тем, кого выбрало мое сердце! Иначе… иначе моя жизнь не имеет смысла.

— Ты… сказала, что любишь? — королева делает вид, что для нее это открытие.

— Да. И я поклялась ему, что буду любить до последнего вздоха.

— А Фармир? — сводит брови, — что в этот момент делал он?! — кажется, я наговорила маме лишнего. Щеки покрываются румянцем, а сердце готово выпрыгнуть из груди. — Ты позволила этому мальчишке больше, чем следует позволять до свадьбы?! — голос мамы срывается.

— Нет… мы только целовались… — закрываю лицо руками. Какой стыд, признаваться матери в таких вещах… мы с ней довольно близки, но о таком… не знает даже бабушка!

— Юриан! Срочно в зал совещаний! — вскочив с места, она направляется к выходу, вызывая советника короля и по совместительству отца моего любимого Фармира.

— Мама, нет, прошу… — цепляюсь за ее руку, но она растворяется в дымке, запирая меня в покоях.

Великая Луна… как же я могла проговориться? Теперь нам обоим конец… Фармира накажут! Его отец, Юриан, слишком строг и чтит обычаи. Он ни за что не станет перечить своему королю и его воле выдать меня замуж за другого.

Хватаюсь за голову. Что со мной будет, если любимого закроют в темнице?!

— Милеана! — зову преданную служанку, но вместо нее в покоях появляется бабушка. Она всегда понимала меня лучше, чем мать. Но сейчас ее лицо выражает абсолютное разочарование. И я кидаюсь к ней на шею, чтобы выразить всю свою боль.

— Не плачь. Сказанного не вернешь.

— Его арестуют!

— Не думаю.