Наследница стихии. Призванная для принца Белых земель

Спустя несколько минут принц возвращается с красивой книгой в кожаном переплете.

— Что у вас в руках?

— Книга преданий. Хочу прочесть вам свое любимое.

— Ох! Уже не терпится! — в предвкушении потираю руки и с горящими глазами смотрю на то, как Тео садится около меня. Его лицо становится сосредоточенным и еще более привлекательным, а слова, льющиеся из уст, ласкают мой слух приятнее музыки.

— В давние времена мир населял удивительны народ — люди с головами тигров. Лиггиры. Они были красивы, ловки и смелы. Их кожа была из чистого серебра, а в груди вместо сердца — редчайшие рубины, ценнейшие из всех богатств среди миров.

Правил Лиггирами мудрый король Бастар.

И жил его народ в согласии, не было ни войн, ни бед. Пока не пришло время передавать трон наследнику. Но у короля было два сына Роннон и Ластор. И были они настолько разные, как холод и пламя. Не смог выбрать король среди сыновей, так как любил их обоих одинаково. И сказал:

— Кто первый женится, тот и станет королем.

Кандидатки в невесты были одна краше другой, но приглянулась принцам особенная девушка.

Ее тело было бледно, лицо отличалось от красавиц Лиггир, а рост мал.

— Она была человеком? — спрашиваю, прерывая принца.

— Верно, Ваше Высочество, — поднимает глаза от волшебных страниц.

— А как она попала в королевство? Принцесса из соседних земель?

— Мария, как и другие человеческие девушки, прислуживала Лиггирам и считалась недостойными королей. И она не была принцессой.

— Вот как…

— Бастар узнал о тайной страсти обоих сыновей и разгневался на них.

Он приказал убить Марию. Но девушка перехитрила короля: переоделась в дорогие наряды, которыми задаривали ее принцы, покрыла свою кожу расплавленным серебром и стала такой, как они. Не отличить! Мария была так хорошо замаскирована, что, увидев возлюбленную, Роннон не поверил речам ее и решил, что его брат убил любимую из-за ревности. А Ластор подумал, что Марию убили подданные короля. Между братьями произошла схватка и в пылу гнева один смертельно ранил другого.  

— Боже… как ужасно.

— Согласен, — кивает принц. — Мария бросилась оплакивать Ластора. И там, где капали ее слезы, кожа Ластора превращалась в человеческую. Таково было проклятье Богов. Роннон не находил себе места, поняв, какую страшное деяние совершил. И не было ему утешения до тех пор, пока брат не обратился в человека, а после и вовсе растаял как снег, оставив после себя лишь огромный рубин в форме сердца.