Боги (не) любят

– А ты…

— А я просто Хранитель, – вызверился этот экспериментатор и ускорил шаг. — Не лезь не в свои дела!

— Ну ладно…— пожала плечами Ирина и, сделав вид, что не было непонятной размолвки, вернулась к прерванной теме. — Вдруг, чтобы не париться, создатель населил планету простейшей пищевой цепочкой животных, засеял по стандарту растения. Запустил для баланса насекомых, птиц и рыб… Есть же во вверенном тебе хозяйстве рыбы?

Землянка догнала надувшегося парня и на ходу заглянула ему в лицо.

Высший скосил на нее глаза, но, вместо того чтобы притормозить, еще быстрее зашагал. Девушка уже практически бежала, чтобы оставаться рядом с ним.

— Так есть или нет? – с каким-то бесшабашным упрямством продолжала доставать его Ира.

— Есть! – резко остановившись, заорал этот бешеный. – И птицы, и рыбы, и зверья всякого навалом. Даже людей он создал!

— Это разве плохо? – остановилась в двух шагах от него девушка и спокойно посмотрела в глаза.

– Тем более что человек такой же живой организм. Его условно можно отнести к животным. Ты же нервничаешь не из-за того, что он все это создал?

— Я не нервничаю! – прорычал Дух.

— Ну, психуешь! – пожала плечами попаданка и, развернувшись, пошла к дому.

— Что ты ко мне пристала? – завопил Хранитель. – Что тебе от меня надо?

— Вообще или в частности? – еле сдерживая хохот, оглянулась Ирина.

– Мы начинали разговор об имени для этого твоего воплощения. А так, мне много чего надо. Помнишь? Просто не уверена, что ты мне это сможешь сотворить…

— Опять! – заревел Дух.

— Держи себя в руках! – хмыкнула девица. – И не опять, а снова. То, что мне надо, никто не сможет дать, пока я сама не буду готова полюбить и довериться.

— О, создатель! – застонал парень, пряча лицо в ладонях.

— А вот не надо его приплетать к нашим проблемам! – не оборачиваясь, на ходу помахала рукой Ирина. — Ты сам все это задумал! Сам и отвечай за свое решение.

— Это была твоя идея материализовать мне тело, — крикнул вдогонку остроухий.

— А! Теперь я виновата? – все же расхохоталась землянка. Резко развернувшись, она уперла руки в бока и начала наступать на опешившего Хранителя.