Тайна деторождения: практика и теория

– А-а-а! Ма-а-ма!

Родительница не замедлила появиться и я только подумать успела об их с дочкой сходстве, как та, рухнув рядом с ней на колени, огласилась не хуже:

- Это – не ребенок, а проклятье! Да сколько же может продолжаться?! Кристиночка, где болит? – и поддернула той сползшую шапку.

Мы с Ником в четыре глаза и руки «разобрали» Варвару:

- Чем вы столкнулись?

- Чуток лбами. Да, ничего, Агата.

- Ага, вижу. Синяк вылечим. Надо холодное что-нибудь. У меня монеты в куртке… ой, в шубе остались. Ник…

- Вы нас извините, не глядя, маневрировали.

- Да как же ее извинить?! – метнули молнию теперь прямиком в Ника. – Кристиночка, где болит?

- Везде, ма-а-ма, - всерьез разошлась «потерпевшая». - Она меня убить заду-ма-ла, эта…

- Кто?! – неожиданно вскинулась Варя, уже стоя на ногах. – Кто я?!

- Я что-то… не поняла.

- Они – одноклассницы, - хмуро бросил мне Ник. - И у них – хронический конфликт. Варя, нам…

- «Грязная»!

О-ох… Слово это вылетело и, кажется, рикошетом ударило от Варвары в меня.

«Грязная». Так называют детей, переправленных из-за стены в этот большой и магический мир. Да и не только детей. Это слово сопровождает их всю оставшуюся…

- Рот свой… закрой.

- Дочь уймите, мамаша. Агата, Варя, пошли.

- Это почему это? – открыла теперь его мама Кристиночки. – А что - не правда? Да этот ребенок – исчадье от таких же родителей и вы с ним еще хлебнете.

- Обе рты свои! – во все горло гаркнула я. - Вот они у вас, действительно, «грязные». И вы понятия не имеете, о чем говорите.

- И чтоб вы знали: я – не ребенок. Моя мама – ангел. А ты, Кристинка – скобан!

- Ах, вот, значит, как?

- Варвара, Агата, мы уходим, - попытался Ник встрять между нами.

- Она искалечила мою дочь, и я вас по судам затаскаю!

- Да неужели? – отдернув мужскую руку, прищурилась я. – Синяк на лбу – это да. На правой коленке – уже давно пожухлый. Царапины, вероятно, от кошки, ниже левого локтя. Следы на заднице, вероятно, от ремня. Вот они – свежие. Рукоприкладство или издержки воспитания? Так что там насчет судов?.

. Уф-ф… А вот теперь мы уходим… Варвара? – и обе, с гордо поднятыми носами, заскользили по льду…

Аккордеонист, крякнув нам вслед, разродился «Маршем галопирующих победителей»…

Луна за окном, набравшая силу лишь наполовину, светила сейчас с полной ответственностью, вырисовывая на ковре у кровати узоры от кружевной занавеси. Каким-то странным замысловатым сюжетом из линий, пятен и фигур.