Тайна деторождения: практика и теория

- В чем ее причина? – глянула я на него. – Во-первых: энергетическое истощение. Если говорить профессиональным языком: пробитие всех семи чакр. Хотя, вам это знать…

- А, во-вторых? – мотнул он головой.

- На самом деле «крайняя меланхолия». Она по нему, действительно, тосковала. Потому что успела впасть в зависимость. Это – тоже во власти инкубов и не единичный случай.

- Ага… - глянул мужчина на конверт между нами. Потом перевел взгляд на так и не тронутую рюмку с янтарной жидкостью внутри и одним глотком ее осушил.

– Госпожа Вешковская… Я ведь так вам и не сказал. Хотя, это обстоятельство могло заметно облегчить вашу, и без того, безупречную работу.

- Ваша светлость. Владение данной информацией не входит в мои должностные полномочия, - откинулась я на стуле. – И если моя работа, действительно, закончена, то… могу я быть свободна?

- Да, конечно, - удивленно посмотрел он на меня. – Конечно. И… вы позволите вас пригласить остаться со мной на празднование Нового года?

Моя ж ты мать! А я про него совсем позабыла!

- Благодарю вас, Ваша светлость, но у меня до этого праздника еще есть дела, - и резко встав со стула, подорвала вслед за собой князя…

«Ваша светлость, владение данной информацией не входит в мои должностные полномочия»… Пафосно сказано, агент Вешковская.

Тем более, если учесть, что «данную информацию» вы накануне получили от дочери Его светлости:

- Он меня мучил, - заломив руки, выдохнула призрачная Малинка.

- Это – понятно, - согласно кивнула я.

- Вряд ли тебе, магиня, такое понятно.

Полное повиновение. Будто ты не живешь, а лишь плывешь в глубокой огненной реке, где берегов нет. А потом…

- Что «потом»?

- Потом он приказал мне принести ему это. Этот конверт. Но, - вдруг, вскинула девушка глаза. – я решила прежде заставить его поклясться, что он за то меня освободит. Раз и навсегда. И спрятала конверт в горшке, полив сверху Святой водой.

- Ага… А он больше не появился?

- Нет, - мотнул головой призрак. – Не пришел. А про те письма я сама вскоре напрочь забыла.

- Те письма?

- Ну да. Там лежат письма от какой-то знатной ладменской дамы к моему отцу. Я ее видела однажды, когда мы с ним по дороге в Чидалию заезжали в Куполград. И, думаю, у них был роман. А месяц назад она стала требовать вернуть их. Для отца это – дело чести.

- И поэтому ты вернулась…

Вот значит, как? Обычная любовная переписка. Хотя, если учесть значимость обоих адресатов… Береднянский князь Драгомир Светич и ладменская баронесса Пион.