Тайна деторождения: практика и теория

И не лень им, чайкам, гонять очумелых от жары бабочек и стрекоз? Конец мая и толи еще будет, а мне уже «лень». Так лень, что жаль собственных сил перевернуться со спины на живот. И вернуть глаза в толстенный учебник по алхимии, который я сейчас успешно использую в качестве подушки… И вот бы знания из него сами текли… прямо через затылок… Текли и… расплывались… Расплывались и…

- Агата, ты обгоришь, - вялый голос Софико справа сносит теплым порывом ветра. – Ты меня слышишь? – зевает она. - У тебя живот красный.

- Ага-а… Сейчас.

- Синий йод.

- Что ты, Ксю, сказала? – вопрошает она удивленно.

Моя левая соседка по покрывалу авторитетно поясняет:

- Hyacinthum iodum и все дела. Проверенное алхимическое средство. Клин клином, как говорится… Агат, у тебя еще и нос обгорел.

- Ага-а… Тогда мы с ним и животом все остальные части тела подождем. Чтоб уж не мелочиться… в росписи.

- Ой, да ну вас с вашей алхимией! Мне и своих «латыней» хватает. Экзамен завтра, а в голове, кроме «Diu vivere in iustitia!», ничего.

- «Да здравствует справедливость»? – заливается смехом Ксю. – Вот с этого завтра и начинай. Сразу от двери.

- Если я с этого завтра начну, то, боюсь, воодушевлю нашу госпожу…

- А на латыни как будет слово «помолвка»?

- «Помолвка»?.. «Proelio». Кажется, так.

- А «невеста»?

- «Sponsam». Тебе зачем? Замуж собралась?

- Я? – хмыкает Ксения. – Я-то, нет, а вот наша Агата теперь точно «sponsam». «Proelio sponsam». Ник ведь у ее отца вчера руки дочери попросил.

- Неа. Часть речи-то другая и звучит, как: «sponsam sponsus».

- Вам двоим больше не о чем поговорить?

- Ну, почему же, «не о чем»? – рывком перекидывается Ксю на живот. – О вашей предстоящей свадьбе, например.

- О-о. Нам – по шестнадцать и кадетам вообще жениться нельзя. Так что, данное мероприятие откладывается на далекое-далекое будущее.

- А вот я нашу с Годардом свадьбу уже точно представляю, - неожиданно присоединяется к Ксении Софико. – Она будет в строгих…

- Моральных нормах?

- Нет, Ксю.

- Они у него от природы торчат. «При любой длине и направлении ветра», - с улыбкой цитирую я Ника, прислушиваясь к их с Годой и Ло воплям с воды.

- Угу. Вот и я – о том же, - вздыхает через паузу «аристократическая дочь». - А они все равно.

- Значит, на вашу свадьбу подарят вам станок, - хмыкает Ксения и добавляет.