Невеста для Чёрного Змея

– Я бы не назвал требования выполнить договор капризом. Полно, Василиса, не упрямься. Мы оба знаем, что он найдёт способ получить желаемое. И не отступится.

– Почему? Насколько я знаю, в Эссуса на сегодняшний день есть любовница ему под стать? Не говоря уже о своре любовников? Зачем ему понадобилась девчонка?

– К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос. Он не делился со мной своими соображениями, просто велел привести к нему девушку. А если не получит желаемого, грозился сломать Печати, скрепляющие Договор.

– Он не посмеет! – ноздри Василисы хищно трепетали.

– Мы оба знаем, что посмеет. С годами фамильное безумие лишь прогрессирует. Эссус всегда был упрямым и редко боялся…

– Скажи лучше, редко думал о последствиях собственных действий, – нервно дёрнулась Василиса.

– Послушай, госпожа, пока он желает лишь познакомиться. Эссус в курсе того, что девчонка воспитывалась среди черни и не имеет возражений против того, что её необходимо малость обтесать.

Василиса сжала губы. Её не радовала такая осведомлённость племянника о её делах и планах, но, по какой-то случайно поделать сейчас с этим она ничего не могла.

– Это всё, надеюсь?

Черные глаза Варда стрельнули в сторону Лейлы, мышкой притихшей за спиной могущественной покровительницы:

– Эссус готов не только дать слово, но и принести Клятву: ни единый волос не упадет с головы девочки.

Василиса пренебрежительно передёрнула плечами:

– Я знаю, что он не причинит ей физического вреда. Но ваша компания не подходит молоденьким девушкам.

– Никто из нас не посмеет посягнуть на честь женщины Чёрного Змея. Есть другие, гораздо более приятные способы умереть. Послушайте, ну, к чему поднимать бурю в стакане воды? Наживать неприятности? Портить настроение себе и людям? Просто сделайте так, как хочет Эссус.

Василиса, тяжело вздохнув, повернулась к Лейле:

– Мне жаль, но тебе придется поехать.

Глава 7

Под ногами хрустели хвойные иглы, при каждом шаге из-под ног разбегались потревоженные насекомые. Лейла решительно запретила себе думать о шагающем позади Люке Гриндейле. После предупреждения Варда он вёл себя паинькой, но её всё равно выводили из себя его насмешливые взгляды, да только взгляды в криминал не припишешь. Приходилось терпеть.