Арина. Путь в преисподнюю

Владыка в ответ лишь покивал головой, нахмурившись, и, не глядя на своего помощника, приказал ему:

— Зови Адама, у нас тут тяжелый случай, — и зыркнув на чертей, так и стоящих немного вдалеке, переминаясь с копыта на копыто, недоуменно наблюдающих за происходящим, гаркнул на них: — Нечего прохлаждаться! За работу!

— Есть! — вытянулся по струнке Мальтус и, раздав по очереди пинка своим подчиненным, взяв обоих за хибон, потащил их с этого места куда подальше, пока и сам не получил от владыки.

Оставшись вдвоем с душой, Люций уместился на лавочке рядом с ней и произнес:

— Вот что, Арина, переставай лить слезы, и будем разбираться, что за чертовщина тут творится.

Ты не должна была здесь очутится, не за что тебе тут находится. Почему это произошло, и кто допустил оплошность, я разберусь. Сейчас придет мой брат и отведет тебя к себе.

— В рай? — пискнула девушка и подняла на него заплаканные глаза.

— Да, — хмыкнул он. — На земле вы так называете это место. А пока постарайся успокоиться.

Такое не редкость, не ты первая, не ты последняя, кто через это прошел. Но вот пока единственная, кто угодил ко мне после такой смерти. Те, кто с тобой это сотворил, обязательно понесут наказание. Открою тебе секрет, ты через какое-то время вернешься и, учитывая твою светлость, в комфортное тебе тело девушки и за то, что твоя недавняя жизнь оборвалась так скоро, проживешь долго и счастливо. А вот твои обидчики, сгорят у меня в котлах, им назад дороги уже нет. — Демон говорил об этом так обыденно, что девушка невольно успокоилась, вытерла кулачком, совсем по-детски, слезы и тяжело вздохнула.

— Это ад? — грустно улыбнулась Арина.

— Да, милая, у вас мое царство именуют так. Но мы тут считаем это место, как это называется на земле, — задумался Люций и, наконец, припомнив нужное слово, улыбнувшись, продолжил: — тюрьмой. Исправительное заведение. Мы тут исправляем тех, кто навертел дел при жизни, очищаем их души и потом отправляем назад. Правда, некоторых приходится дополнительно наказывать еще, перемещая в другой мир, оставив им воспоминания, или в свой родной, но в тело какого-то живого неразумного существа.

— Таракана? — сама от себя этого не ожидая, довольно весело спросила девушка.

— Даже дождевого червя, — старался поддерживать веселье души демон. Очень уж ему не нравились слезы этой девицы, тем более тут им литься запрещено. — Но бывает совсем уж злые, которым уже ничего не поможет, их уничтожаем. Своеобразная смертная казнь.