Наследие белого дракона

Бездарного, подумать только, да! Даже несмотря на презрительные взгляды вокруг. Дед умер пятьдесят лет назад, а она всё ещё одна и готовит его любимое жаркое по выходным, – тут она усмехнулась, почесав курносый, чуть тронутый краской, нос. – Совсем не дар определяет дракона. И даже не его отсутствие.

Я согласно кивнула, подумав о Бэлморте. Конечно, было обидно быть обманутой, а с другой стороны… Что это меняло? Бэлморт все еще оставался Бэлмортом, ведь так? Быть может, он поздно пробудил свой дар и большую часть жизни страдал от таких драконов, как Гил.

Жаль, что ему не попадались на пути такие люди, как эта женщина.

– А как вас зовут?

– Я Саша, – представилась она.

– Милашка-замарашка Мила разговорила тюремную буку? – откуда-то снизу раздался веселый голос, и Вероника пошевелилась на моих коленях. – Похвально!

– Ой! – я вскрикнула, когда драконица резво вскочила и поддела пальцем кулон Грувии.

– Но это будет ещё интереснее! – она прищурилась, изучая красный камень, и почесала голову в том месте, куда пришёлся удар об стену.

– Дорогая?

– А… – я и слова не успела сказать, а женщина уже подняла кулон поближе к потолку и крутила, ловя отблески света от красного камня. Кажется, сила Рыжика и правда быстро вылечила её. – Я не знаю.

– Дорогая, – утвердительно ответила за меня Вероника. А потом подбросила вверх, посмеиваясь и следя, как я ловлю её непослушными руками. – Спасибо, замарашка. Без тебя я бы долго приходила в себя. А может, – она стала говорить тише и устрашающе, – тюремные крысы сожрали бы моё тело прямо с пола, пока я валялась в отключке! От этой гарпии помощи не дождёшься, – она фыркнула и сложила на груди руки, отворачиваясь от Саши.

– Ты преувеличиваешь, – нехотя ответила та, поморщившись.

– Шесть сиротинушек на твоей совести остались бы, рыжая! – скорбным тоном продолжила Вероника.

– Захлопнись!

– Я бы пришла к ним во сне, ко всем шестерым, и показала, где ты живешь! Готовила когда-нибудь на шесть драконьих голодных ртов?

Я громко засмеялась, и две пары глаз обратились в мою сторону.

А потом дверь камеры неожиданно скрипнула, и я отошла к стене, ловя на себе ещё один взгляд. Гила. Только теперь он не был доброжелательным, как пару часов назад. Что-то изменилось.

– Ты! – он ткнул пальцем в Веронику и махнул головой в сторону. – На выход.

– Ва! – женщина счастливо взвизгнула и повернулась ко мне, подмигивая. – Быть может, шесть голодных ртов уже обивают порог этого гадюшника и уже достали всех дозорных своим нытьем.