Наследие белого дракона

– Мне очень жаль! – воскликнула я, склоняя голову как можно ниже и пытаясь тянуть мужчину на себя в тщетной попытке увести от угрозы. – Он не хотел никого обидеть, пожалуйста, дай нам уйти…

– Я спросил, по какому праву ты здесь ошиваешься? – прогремел следом голос Бэлморта. – Отвечай.

Драхх! Глупый самоубийца! Я больно ущипнула его за руку, а потом ахнула, переведя глаза на Графию. Золотые обручи на её шее и талии зазвенели, вибрируя от незаметной глазу силы девушки. Она высоко задрала голову, впившись в Бэлморта взглядом.

Если бы им можно было убить – он был бы уже мёртв. Ох драхх, а что, если она могла?! Сейчас прикажет ему выпрыгнуть из окна – и всё! А Бэлморт ведь даже крылья себе не отрастит, чтобы смягчить падение!

– Как смеешь ты, бездарная псина, разговаривать так со своей госпожой, – медленно, проговаривая каждое слово, протянула Графия страшным голосом.

– Твоя родословная ещё не делает тебя моей госпожой, Графия, – спокойно ответил Бэлморт, не обращая внимания на мои попытки сдвинуть его с места в сторону выхода.

– Лучше бы тебе извиниться за свой тон, – протянула драконица, вгрызаясь своим чародейским взглядом в лицо мужчины. Даже мои ноги стали дрожать от разворачивающейся мощи рядом, что уж говорить о Бэлморте. Наверное, он в ужасе.

– Я! Я извиняюсь за его тон! – пропищала я, кусая губы почти до крови. – Он наш охотник, нелюдимый и диковатый, живет тут неподалёку, совсем из ума выжил от одиночества… Мы его тут и всерьёз не воспринимаем, гавкает себе и гавкает на хозяйскую кормящую руку, да, Бэл? Но безобидный, правда! Дурачок немножко… Даже и не понимает, кто перед ним!

Я тараторила и тараторила, пока губы Графии искривлялись всё больше, а отвращение на лице расцветало с новой силой.

В какой-то момент она фыркнула, развернувшись на каблуках, и махнула своей ухоженной рукой, звякнув золотыми браслетами. Красные волосы заструились по обнаженной спине, сверкая в редких лучах солнца, пробивающихся в темный коридор.

– Пошли вон, – буркнула девушка, двинувшись по коридору и массируя виски пальцами.

И что-то мне подсказало, что просто так она бы точно не оставила нас в покое. Откат от использования силы? А потом Графия резко остановилась и взвизгнула, схватившись за сердце. Из-за угла вывернула Марта и прошла прямо возле переруганной девушки.

– Марта, иди сюда, – тихонько позвала я, заметив остатки травы на клюве курицы. Милостивая Праматерь, хоть бы эту трапезу она не разделила с мамой… Она не скоро оправится от такого унижения.