Искусственные души

и я совершенно не имею представления, чем руководствовался директор Микшел, когда пару лет назад принял его на работу, — Вира грустно улыбнулась.

— Печально всё это, в один день потерять семью! — я задумчиво поскребла ногтем край стола. — Не удивительно, что он так изменился.

Всё это время Иса не проронила ни слова, без особого энтузиазма ковыряя остатки пирожного на тарелке.

— Это не оправдывает его отношения к окружающим! — с лёгким укором заметила Вира.

Я молча пожала плечами, не желая спорить.

Кто я такая, чтобы его осуждать?

Решив, что опоздание ни к чему хорошему не приведёт, я решила прийти чуть раньше. Лучше уж под дверью подождать. Только я собралась покинуть комнату, как поняла, что не знаю где находится кабинет магистра Д`Харна.

Иса заметила моё замешательство и предложила проводить. Я благодарно улыбнулась девушке.

Хорошо, что я решила выйти раньше. До кабинета шли не меньше десяти-пятнадцати минут. Когда мы оказались около двери, Иса положила мне руку на плечо и слегка сжала.

— Удачи, — подмигнула она. — Дорогу обратно найдёшь?

— Да, спасибо большое.

Я посмотрела вслед уходящей соседке и сделала пару глубоких вдохов, в безнадёжной попытке унять внезапную нервную дрожь. Пару минут я стояла и созерцала массивную дверь из тёмного дерева. Решительности во мне было, как у зайца...

— Долго собираешься дверь взглядом прожигать, Меркулова? — раздался с другой стороны двери насмешливый голос магистра.

По телу пробежала волна мурашек, но нацепив на лицо невозмутимую маску, я смело (почти!) вошла в кабинет.

Магистр Д`Харн сидел за большим письменным столом, сложив руки на груди и склонив набок голову, внимательно разглядывал меня.

Я окинула кабинет взглядом, отмечая, что тут довольно жутко. Слева расположен чёрный кожаный диван и чайный столик, на котором стоит ваза с букетом белых лилий. Я мысленно улыбнулась: белые лилии — мои любимые цветы. Справа — заваленные бумагами и книгами стеллажи. На каменном полу расстелен большой алый ковёр.

Складывалось впечатление, будто кто-то залил пол кровью. На стенах огромное количество картин. Вот только что на них изображено — остаётся загадкой. Все они занавешены плотной чёрной тканью.

Я подошла к столу, за которым сидел мужчина. Он кивком указал на стул, предлагая сесть. Отказываться я не стала, так как в последнее время перестала доверять своим ногам, которые так и норовили при любой возможности подкоситься.