Босоногий друг

Но спохватился и исправился: - Даниила? - Потом понял, что снова сплоховал, и исправился ещё раз: - Леди Даниила?

Я смотрела на него так, словно он только что застал меня за составлением заговора против его Королевства. Неожиданно образовавшийся в горле комок лишил возможности сказать хотя бы "да".

- Что вы тут делаете? - Ввиду моей временной немоты, Георг Третий взял слово на себя. Я ткнула пальцем в книгу, мол, смотрите, занимаюсь самообразованием.

- А-а, - протянул мужчина. Он ожидал чего-то другого? - Я вот тоже тут читал, да задремал.

Ну что ж, не буду вам мешать.

- И я вам, - пискнула смущённо, наконец-то обретя дар речи.

В помещении снова повисла удушающая тишина. Георг Третий сделал вид, что принцессы Первого Королевства в этом мире не существует, и погрузился в чтение, иногда зевая, так до конца и не проснувшись.

Я же с внушительной долей неловкости исподлобья разглядывала короля. Тень, которая падала ему на лицо, делала мужчину ещё старше, с одной стороны скрывая часть морщин, а с другой - придавая его коже бледность, словно он был болен.

Вкупе с длинными седыми волосами, аккуратно обрамляющими овал лица, смотрелось жутко. Я всё ждала, когда он начнёт гортанно кашлять и хрипеть, показывая, что тень не ошиблась, придав ему болезненный вид. Но король сидел с безмятежным выражением лица и читал.

А потом вдруг вскинул голову и посмотрел на меня. Застигнутая за подглядыванием, я вздрогнула и затравленно уставилась в собственную книгу.

- Что читаете? - скорее со снисхождением, чем с любопытством поинтересовался Георг Третий.

- М? - Я рассеяно подняла голову, сделав вид, будто меня только что отвлекли от самого увлекательного момента в приключениях героев.

Но король повторять не стал, вместо этого прищурился и самостоятельно прочитал название, написанное на полях каждой страницы (это, видимо, чтобы наименование шедевра навсегда врезалось в память читателя):

- "Ах, любовь - такая любовь". Хм... похоже, занятная книжица. - Это было сказано таким тоном, будто я сидела не с приключенческим романом, а с эротическим.

Не желая оставлять за королём последнее - и такое унизительное - слово, я тоже прищурилась и всмотрелась в обложку его книги:

- Пособие по демонологии. Хи, похоже, у вас книжица намного занимательней.

Но, если слова короля можно было интерпретировать двояко, то моя насмешка выпирала, как вымя у коровы.

- Это довольно популярная тема в наше время, - сухо сказал Георг Третий.

- Конечно, - поспешно закивала я.