Жизнь дракона

- Почему? – Уже более флегматично, под действием приготовленной нафом полезной гадости, подняла взгляд на эльфийку.

- Скелеты, упыри, личи, короче, весь набор и всё это благодаря какому-то излишне одарённому некроманту, решившему провести в одном из склепов ритуал очищения, - объяснила соседка, натягивая новое позитивно-чёрное платье с изумрудным кожаным поясом и задумчиво крутясь у зеркала. Вздохнув, подобрала рыжие кудри плетёным шнурком и, сочувствующе улыбнувшись, направилась к дверям. – У меня свидание с Сэем, приду ближе к вечеру.

- А что как рано? – Бросила ей вслед, поглаживая гладкие перья вороны.

- Дел много, - загадочно сверкнула глазами тер Лис. – И меньше вероятность нарваться на Кариэля с его свитой.

И убежала, оставив после себя ледяной шлейф с запахом смерти. Ворона, глухо каркнув, слетела с моего плеча на пол и почти мгновенно перекинулась в огромного пушистого ирбиса с невероятно-умными ярко-синими глазами на пушистой морде.

- Перед смертью не надышишься, - философски выдала я, потрепав зверюгу между ушами, и откинула на подушки, молча рассматривая потолок.

Минут через десять пустой траты времени повернулась к о чём-то задумавшейся кошке и похлопала ладонью по одеялу рядом с собой. – Не надышишься, да, но зато отоспаться вполне реально.

Ирбис мотнул головой, опять сменяя ипостась, и вот на одеяле рядом со мной распласталась толстая пушистая персидская кошка необычного окраса. Проснулась я уже в половине шестого, натянула плащ, подхватила с пола сумку с набором первой необходимости и парочкой зелий от Ия, и пошла на верную смерть в лапы чёрного дракона.

Кошку оставила в комнате, ещё не хватало тащить это безумие с собой!

О кладбище могу замолвить отдельное словечко. Мрачное холодное местечко с покосившимися и почерневшими от старости крестами, парочкой склепов, кучей воронов и периодически завывающей нежитью. Сверху полностью покрыт погодным куполом, чтобы некромантам было удобнее заниматься, не утопая в сугробах и не поскальзываясь на льду, а нежите было легче выбираться из могил.

Погост по всему периметру был огорожен двухметровым кованым забором, единственный вход обозначался аркой с двумя колоннами, на которых, смотря на весь мир пустыми глазницами, восседали две каменные горгульи, родственницы Марьяне. От арки шла дорога к центральному склепу, а уже от неё в разные стороны расходились тропки, ведущие к могилам. Кладбище при Академии было старое и лет сто уже, как забытое, поэтому и отданное на растерзание адептам.