Сердце бабочки

Моя страсть была так велика, что перекрывала боль и поглощала ее. В мгновения, когда мы приближались к вершине, ясное сознание окончательно изменяло мне, и я уже не могла разделить боль и блаженство. Наверно, этого он и добивался. Если так, у него получилось.

То был самый короткий и потому самый бурный любовный акт между нами. Я стонала и кусала Кэрдана, а он проговорил сдавленно, впиваясь цепкими пальцами в мои плечи:

- Магия изолирует звук… Хочешь – кричи.

Хочу ли?! Я чуть не захлебнулась криком. Боль во мне нарастала вместе с движениями Кэрдана.

Запрокинув голову, я увидела знакомый демонический блеск в его глазах: жестокий огонь, который любил, убивая. Проникал через кожу в сердце, взламывал хрупкие перегородки, что отгораживали потаенные уголки души от разума, безжалостно выворачивал их наружу. Знала бы я эту убийственную разрушительную страсть, если бы не встретила его? Кем бы себя считала, как жила?

Это уже не имело значения, потому что он ворвался в мою жизнь и уничтожил все возможности кроме одной – себя самого.

С той минуты, как я впервые вошла в его кабинет, навеки пропала для остального мира.

Когда Кэрдан извергся в меня, я еще содрогалась в конвульсиях страсти и жаждала продолжать. Но он отлепился от меня и принялся зашнуровывать мое платье. Спустил со стола на пол, одернул мне юбку и поправил прическу – будто нянюшка шкодливому ребенку! Я не переставала дрожать и норовила прижаться к нему. Он властно сжал мои плечи, строго посмотрел в глаза.

- Ну-ка прекрати, Касавир.

Я все понимаю, мне тоже мало. Но нельзя навлекать на себя подозрения. Сейчас соберись и ступай в класс. Я подойду через пять минут.

Я не удержалась, обняла его крепко, поцеловала в щеку с жесткой щетиной. В следующее мгновение он перехватил мои губы, впился жгучим поцелуем. А потом развернул от себя, шлепнул пониже спины и подтолкнул к двери.

- Все, ступай. Продолжим дома.

Я вернулась в классную комнату, села на первую парту. Начался урок, и Кэрдан вел его, по обыкновению расхаживая перед классом, в нескольких дюймах от меня.

Он не смотрел на меня, не обращался ко мне, не задевал ненароком. Казалось, был полностью сосредоточен на теме лекции. Но между нами пробегали невидимые магнетические волны, и мы оба чувствовали их. Сладкие, стыдные воспоминания о случившемся подогревали меня. И его обещание продолжить дома…

Дома… Я не заметила, как начала считать его дом своим, хотя все время помнила, что я не хозяйка, что там нет ничего моего.