Луна для Дракона V. Попроси меня остаться. Часть 2

Потому что, когда он в ней, она чувствует, что пространство вокруг них меняется, заряжается, и кажется, выделяет какую-то обратную связь: чем больше он прикасается к ней, тем сильнее она нуждается в нем. Секс с Крэйем удовлетворяет ее потребность. Затем возбуждает ее. Удовлетворяет и снова возбуждает. Это замкнутый круг. Они покидают постель, чтобы в порыве страсти вернуться в нее снова. И она…

- … ненавижу тебя за это, - прошептала она.

- Мне никогда недостаточно, Рони. Drax, это сводит меня с ума. Мне следовало бы убить тебя за то, что заставляешь меня чувствовать это.

И она прекрасно его понимала. Она - его слабое место.

Он выходит из нее, и она почти кричит от чувства пустоты.

Намного позже она смотрела на него снизу-вверх. Ее руки над головой. Ему нравится дразнить ее.

- Возможно, нет ничего неправильного с тобой, Рони. Возможно, ты именно та, кем и должна быть для меня, - он входит медленно, настолько медленно, что это пытка.

Они заканчивают в громадной ванне, она моет его, скользя своими руками по его великолепному телу.

Его руки обнимают ее, губы скользят по шее задевая зубами ее кожу. Ни один из них не произносит ни слова. Он снова входит и остается совершенно не подвижным еще некоторое время, но не дразнит. Ему нравится быть просто твердым внутри нее.

Она не хотела, чтобы этот момент заканчивался.

Но это происходит, и когда они разделяются, они не разговаривают еще длительное время. А потом он выносит ее на руках и укладывает в постель.

Она смотрела на мерцающие тени на неизвестной картине.

Он не спал.

- Я не могу насытиться тобой, Рони, - прошептал он, очарованный тем, как сладострастно раскрылись ее глаза, как она инстинктивно увлажнила языком свою пухлую нижнюю губку. - И снова, моя Безупречная Жемчужина, до тех пор, пока ты будешь смотреть на меня, не понимая, что я могу сделать, куда могу унести тебя и сколько раз я могу унести тебя туда, это будет так всегда.

- У меня такое чувство, словно я выпила слишком много сладкого вина - перед глазами все плывет, а тело одновременно слабое и сильное.

Он знал только одно: нельзя, немыслимо отпустить ее, нельзя разомкнуть кольцо рук, нельзя оторваться от ее губ, потому что иначе он не сможет жить и дышать.

- Мне казалось, мы договорились ничего не таить друг от друга, - прошептал он, нависая над ней. Вероника улыбнулась и провела пальчиком по его губам.

- Не бери в голову слова Аими, - сказала она. - Я хочу, чтобы мы были вместе и все. Я ничего не требую и ни на что не претендую.