Элизабет де Морель. Битва за Москву

Она словно поглощала свет вокруг, не отбрасывала тень. Да и сама была чернее самой тьмы. Она приближалась слишком быстро, и те, кто не успевал уйти с её дороги гибли. Да только ей это было безразлично. Она стремилась ко мне.

Уклоняюсь от неминуемой гибели и пытаясь пронзить её мечом, но только меч застревает в её боку. В вязкой субстанции из которого она сделана. Предпринимаю бесполезные попытки выдернуть его, но ничего не выходит. Змей проносится мимо, оставляя за собой темный след и начинает разворачиваться.

Вновь мчит на меня, а я опять ухожу в сторону.

Но только эта битва будет продолжатся вечность, пока один из нас не обессилит.

Перо из кармана выскальзывает из кармана освещая весь мир белым светом. Твари тьмы растворяются от этого света. Их крики агонии разносятся по улицам города. И спрятаться от этого света невозможно. Он освещает каждый закоулок, каждую улочку. И тьме не где скрыться. Лишь змей продолжает свой путь.

Глава 28

Весь мир сияет светом. Пронизывающим, ослепляющим. Белоснежное перо опускается на землю, пропитанную кровью.

Мир погрязший в тьме исчезает.

Черная, как сама тьма, змея продолжает нестись на меня. Оставляя линию слизи за собой. Перо возносится в верх порывом ветра и превращается в прекрасного лебедя. Смотреть на этого лебедя нет возможности, его свет слепит.

– Приди же мой возлюбленный Велес и сразись вновь со своим врагом, – разносится шепот белой птицы по улицам, отражается от пустых дорог. И эхо вторит ему.

Под её сиянием формируется фигура могучего мужчины.

Он словно богатырь. Смотря на него ощущаю себя маленькой девочкой. Он как богатырь из старых русских сказок. Одна его рука по толщине как я. Кулаки как молоты. Он зол. Его покой потревожили, заставили пробудится после снов длинною в вечность. Но вся его ярость направленна на змея. На того, кого он победил множество веков назад. На того, кто породил зло на земле.

Обрушивает удар своего кулака на змея, от которого вздрагивает земля. Недолго думая раздвигает его челюсти, стремясь разорвать их.

Уничтожить. А я стою в стороне боясь вмешаться, когда сражаются боги лучше стоять в стороне.

Змей изгибается окутывает своим телом Велеса, старается задушить его. Но только сил у него не хватает. Как и когда-то. Раздается хруст сломанных костей монстра. И тишина опускается на улочки.

В сияние лебедя исчезает и змей, и божество. Остаются лишь темные слизкие полосы на земле. Но и они исчезают в белом свете.

Лебедь сияет все меньше исчезая, растворяясь в сумерках.