Наперегонки с судьбой

– Зачем, скажите на милость, вам потребовалось зазывать меня в обычную юридическую контору? Неужели нельзя было появиться в моей жизни как-то… менее буднично? Более оригинально?

– Там стоит портал, способный мгновенно перебросить нас в нужное место. Правда, анимаги этого не знают.

– Портал?.. Вся эта волокита с бумагами затеяна только для того, чтобы затащить меня в этот ваш чёртов портал?

– Можно сказать и так.

– Но… простите, это же ведь настоящее похищение?!

– Никто из них не вспомнит о том, что вы встречались.

– То есть, если бы вы были преступником и умыкнули бы меня для каких-нибудь своих тёмных целей, об этом никто бы даже не знал?! Какой ужас!

– Люди часто пропадают. И их часто никто не находит. Но я не преступник и тебе не враг, так что лучше не думай об этом.

Но не думать не получалось. Атмосфера в комнате сделалась тяжёлой, давящей.

Александра с вызовом смотрела в лицо мужчине, не зная, что ещё сказать или сделать.

Словно читая её мысли, он, в очередной раз, усмехнувшись, продолжил:

– В приличном обществе всё начинается со знакомства, не так ли? Так что начну традиционно, с представления, если не возражаешь? – усмехнулся он, поднимаясь перед тем, как отвесить шутовской поклон.

– Кто?.. – недоверчиво протянула Александра.

– Ты не в состоянии расслышать с первого раза? Или понять?

– Вы – муж моей матери? – уточнила она. – Но вы – не мой отец?

– Нет.

Повисла мучительная пауза, после которой Александра выдохнула:

– Не стану даже спрашивать, что за странные отношения связывали вас с моими родителями.

– Уже говорил. Насколько это возможно, в короткие сроки, постараюсь адаптировать тебя к новой, нашей жизни. А через месяц ты поступишь в Магическую Академию.

– Вот так вот прямо и поступлю? И что я там стану делать? Я же ничего не умею и не знаю.

– Научишься. Магия как алмаз, а уж огранка дара – дело второстепенное.

Договорить Дэйв не успел. Двустворчатая дверь распахнулась, пропуская в комнату высокую и стройную светловолосую женщину.

Взгляд Александры с удивлением скользнул по старомодному тёмно-зелёному платью, обтягивающему фигуру как перчатка. При том, что от жесткого воротника с пеной белых кружев под маленьким подбородком до шлейфа, тянущегося, словно хвост, не было ни одного сантиметра голой кожи, выглядел туалет весьма вызывающе.