История одного Волка /2/

А потому, пока ждал регенерации, просто не заметил, как перекинулись, разозленные волки. Как бросились из кустов за нахалкой.

Ее тихий вскрик, а затем и сильный запах крови заставил человеческое сердце ухнуть в пятки, а зверя рвануться на волю. Марк еще никогда не перекидывался с такой скоростью.

Увидев кровь, волк обезумел. Плевать, что бета принес ему клятву. Плевать, что это его стая. Ничего не имеет значения! Единственное, чего хотелось – смерти обидчика!

Ее дикий крик сработал не хуже кнута.

Марк пытался сдержать зверя, но не смог.

Единственное, чего удалось добиться, это чтобы тот перестал скалить клыки. Звери – это не разумные, у них иное сознание. Именно поэтому полукровки редкость. Редко, когда другая раса может понять повадки оборотней, и еще реже может их принять, как правила всей жизни. Для этого надо и самому быть немного сумасшедшим для своих. Волк не причинил ей вреда, но требовал, чтобы она подчинилась. Марк знал, что ни один артефактор не признает зверя над собой, но зверю это не объяснить.

А уж, когда волк поставил на нее лапу, сообщая о том, что теперь она – его, а он над ней, Марку стало совсем плохо. Зверь заинтересован в этой полукровке настолько, что уже сейчас готов признать ее Избранной Парой! Но, больше его напугало, что он сам может покалечить девушку, не желая того. Ведь такой вес… Волчица бы выдержала, даже, наверное, удовольствие бы получила, но маленькая, худенькая девушка…

Марк видел, через глаза своего альфы, ее лицо. Белое от потери крови и от страха, со сверкающими в ночи дорожками слез, но в самих глазах.

В глубине, горела такая решимость, такая уверенность, какой он еще не встречал. Она защищала его бету, привлекла зверя, признала его главенство, не став сопротивляться.

Странная, непонятная, угловатая, но такая… Марк даже в мыслях не мог подобрать ей определение. Что-то похожее на подобную твердость и решимость он уже ощущал от Дараи, в меньшей степени от умирающего мальчика, но тому, что прожигало сейчас глаза оборотня, у мужчины просто не было названия.

В этом взгляде не было кротости и умиротворенности «наставницы», был лишь блеск металла. Он бы назвал ее воином, только артефакторы не участвуют в войнах. Артефакторы не убивают! Их подлость и сила в ином.

Альфа не желал ей смерти, и не желал наказания, поэтому показал свое расположение еще и тем, что слезал ее слезы. Так звери ведут себя со щенками или престарелыми родителями: заботятся, переживают и сострадают, вот таким образом.