Я - дань

И после ужина, наконец, когда гест достал из седельных сумок странные мешки из плотной ткани, и выдал нам, чтобы спать, я поняла, как сильно устала и соскучилась по родному дому. Идти первой к Игнису не хотелось, поэтому я сделала вид, что меня это всё не интересует. Словно знала, что много дней другого развлечения кроме жадного просмотра картинок из дома у меня не будет.

Я осталась с Карией. Как то так получилось, что мы даже спать легли с ней рядом. Я выспалась на спине Ароса, поэтому вполне не прочь была о чём-нибудь поговорить.

Но как всегда выходит, ни она, ни я не могли не думать о том, что нас ожидает впереди.

- Кария, тебе не страшно? – Спросила я, ценя возможность хоть о чём-то поговорить с той, которая стала моей подругой.

- Неа, - она зевнула. – Меня пугает только неизвестность. Если впереди я буду сыта и одета, то что ещё нужно.

- А замужество? – Я невольно спросила про то, что пугало меня, таясь где-то в глубине души тяжёлым грузом.

- А чего замужество? Вряд ли в родной стране мы бы вышли замуж по любви.

Это слишком большая роскошь. Да и существует ли любовь, я не знаю. Не знаю, как твои родители…

- У меня нет родителей, - пробормотала я.

- Ну прости, я не знала. Но в общем мой отец он придерживается тех взглядов, что дочерей надо выдавать замуж как можно раньше и за первого богача, который подвернётся. Мои сёстры уже замужем, хотя лишь немного старше меня. И оба достаточно счастливы. Хотя Лика замужем за шестидесятилетним стариком. Но при её практической смётке, она быстро прибрала к рукам и дом и хозяйство и самого мужа.

Он у неё по струночке ходит. Так что меня ничем не напугать, - Кария засмеялась.

А я вздохнула. Чего уж там. Меня как и Амелию пугала такая перспектива. Вот только выбора то всё равно никто не дал. Смиряйся-не смиряйся, всё равно делу не поможешь.

Я сама не заметила, как уснула. А проснулась от голосов, говоривших на неизвестном языке. Я едва не вскочила, но потом прислушалась и уловила знакомые нотки. Это беседовали наши синтары на своём языке Я, было, успокоилась, но тут же прислушались.

Голоса синтаров звучали необычно тревожно. Интересно, что их напугало? Я не знала их языка, но попыталась всё же по интонациям понять, в чём дело. И не преуспела в этом. Через какое-то время меня снова сморило.

Когда я проснулась, над головой вновь сияло яркое голубое небо, а рядом тихо переговаривались, просыпаясь девушки. Синтары выглядели, как обычно, ничуть не встревоженными.