Три подруги и древнее зло

– Самый простой путь – спросить мою соседку, чью дочь мы накануне спасли, – выдвинула я предложение. – Уж она-то должна знать, с кем проводит время её ребенок.

– Мы и звонили, и в дверь стучали, но дома никого нет. По крайней мере, нам никто не открыл, – хмуро сообщил Гриша.

– Вроде мамаша в какой-то гостинице работает, – припомнила Ниса, – то ли администратором, то управляющей.

– Управляющей, – закивала я. – Точно.

– У нас в городе больше двадцати гостиниц и отелей, – с недовольством поморщился Гриша. – Я не могу сесть и обзвонить все.

Я бросила взгляд на настенные часы. Стрелки показывали половину пятого вечера.

– Рабочий день подходит к концу, по идее, она должна скоро вернуться.

– Ага, прошлой ночью она тоже скоро вернулась, – язвительно заметила подруга. – Под утро, да и то после нашего звонка с телефона её дочери.

– Ладно, – решительно прервал наши вялые рассуждения Гриша. – Труп мы забрали, ребята сняли отпечатки пальцев со всего, чего могла касаться убитая, поэтому у тебя в квартире сейчас немного… грязновато, – по губам оборотня скользнула улыбка с легким привкусом извинения.

– Ничего, зато будет, чем ночью заняться, – «утешила» его Ниса, чем одновременно стерла красноречивую ухмылку с лица.

– Мы приступим к изучению биографии погибшей, – продолжил оборотень с более деловым настроем. – Ваши показания я записал. Но вам надо будет на днях еще подъехать ко мне на работу и подписать протокол.

– Хорошо, – смиренно кивнула я, грустно размазывая ложечкой остатки кофе по белоснежным стенкам чашки.

– Надеюсь, ты не попытаешься пристегнуть нас к этому убийству? – с вызовом спросила Ниса, не сводя с парня глаз, горящих праведным гневом.

Он примирительно вздохнул в ответ, переложив внушительную записную книжку из одной руки в другую и произнес:

– Нет, но мне будет очень сложно пойти против неопровержимых улик. Так что, если вы не сказали мне всей правды, самое время приступить к…

– К чему? – Ниса спрыгнула с подоконника, прошлепала голыми ступнями по полу и встала напротив Гриши.

Оборотень не стремился к открытой конфронтации, а потому просто поправил ворот рубашки и на прощание добавил, обращаясь, в основном, ко мне:

– Если будет что добавить, мой номер ты знаешь.

– Я тоже его знаю, – широко, но не искренне заулыбалась в ответ Ниса и помахала ладошкой с самым прощающимся видом. Грише ничего не оставалось делать, как засобираться восвояси.