Три подруги и древнее зло

Скользнув за дверь, я кивнул дневной охране, состоящей из четырех оборотней, сразу свернул направо, где находилась офисная часть здания, и пошагал по подсвеченному неоновыми лампами коридору.

Не дойдя до кабинета пары шагов я уловил знакомый аромат парфюма.

И разозлился.

Раздраженно дернув за воротник рубашки, расстегивая несколько верхних пуговиц, я толкнул последнюю дверь. И остановился на пороге.В кресле вальяжно-развратно раскинулась Ильза.

- Какого черта ты здесь забыла? – резко спросил я.

Ильза, молодая волчица с копной кудрявых белокурых волос и такими пышными формами, что их едва прикрывало тонкое легкое светло-зеленое платье, соблазнительно закинула ногу за ногу и призывно облизнула полные губы.

С грохотом захлопнув дверь, я прошел в глубь кабинета, на ходу стягивая с себя пиджак.

- Я задал тебе вопрос, - пиджак полетел на черный кожаный диван, туда же устало рухнул и я.

- Я соскучилась, - капризно надула губки Ильза и взмахнула длинными ресницами. В том, что ни эти ресницы, ни эти губы, ни все остальное не были натуральными для меня не являлось секретом.

В принципе, мне было не важно, сколько, чего и как исправила в себе Ильза. Она мне нужна была только для одной-единственной цели, с которой волчица справлялась на отлично. Все остальное не имело значения, как и степень её умственного развития.

Нет, сама себя она считала чрезвычайно хитрой, особенно, когда клянчила у меня деньги. Но факт оставался фактом, глупость этой двадцатилетней девицы была настолько махровой, что порой я едва сдерживался, чтобы не приложить её накрашенным лицом об стол.

Единственное состояние, в котором она меня не раздражала – стоя передо мной на коленях, обхватив часть меня своими полными, накрашенными алой помадой губами. Именно в этой позе она была молчаливой, покорной и полностью меня устраивающей. Правда, потом приходилось оттирать её помаду с самых интимных мест, но это были мелочи.

- Рад за тебя, - даже не пытаясь сдерживать грубость, отрезал я.

– Но зачем ты сюда приперлась? Я тебя звал?

- Ну, милый, - натужно и ненатурально захныкала Ильза, дернула подол своего платья, обнажая в высоком разрезе молочно-белое бедро. А после сползла на пол и с грацией игривой кошки поползла ко мне. – Мне было так грустно и одиноко.

- И ты решила, что мне тоже грустно и одиноко? – зло хохотнул я, наблюдая за тем, как она приближается ко мне и одновременно с этим ощущая, как кровь приливает к одному конкретному месту.