Три подруги и древнее зло

– Эй, вы кто такие?! – рявкнул хриплый голос и из кабинки водителя выбралось существо, которое судя по голосу и серо-невнятному цвету лица провело свои лучшие годы в обнимку с бутылкой портвейна. И это привело его внешний вид в состояние, которое я бы обозначила, как состояние старого тюленя.

– Дядь, ты давай, не буянь, – решительно пресек все возможные препирания Гриша и распорядился: – Возвращайся к себе за баранку, мы сейчас девушек заберем и уйдем.

Существо почему-то спорить не стало, мигом захлопнуло уже широко распахнувшийся для заводного ора рот, почесало пальцами клочкастую и торчащую во все стороны шевелюру удивительного желтого цвета и вернулось обратно туда, откуда пришло.

– А, может, они не хотят никуда с вами идти? – это решили вмешаться бабульки, которые до сего момента лишь вяло кудахтали, потирая ушибленные бока и обвиняя во всех грехах человеческих неумеху-водителя.

– Не лезь! – рявкнула на одну бдительную старушку другая, еще более бдительная.

Брезгливо поджав тонкие, испещренные морщинками губы, она поправила платок, одернула вязаную кофту и поглубже умостилась на сидении. – Мужики сами разберутся, что со своими бабами делать. Пусть шлёндр своих забирают и убираются восвояси!

– Правильно, – радостно подхватил Гриша, благодарно кивнул мерзкой старушенции и, вцепившись в локоть, ловко выдернул меня из-под Нисы. – Слышала, что старшее поколение постановило? – зашипел он мне на ухо с явным раздражением от происходящего.

– Слышала, – кивнула я. – Оно постановило, что я – шлёндра. Если честно, значение слова мне не известно, но предполагаю, что оно является синонимом слова «проститутка». И не соответствует реальности.

– Не выжучивайся, – одернул меня злющий оборотень и потянул к двери. Его компаньоны подхватили под локотки Нису и повели за нами.

Едва только мы покинули троллейбус, как водитель захлопнул двери, транспорт громко чихнул, загудел мотором и тронулся. А мы остались стоять на обочине, печально глядя ему в след.

Вернее, печальной была только я. Гриша поигрывал желваками, всем своим видом выражая недовольство. Ниса громко вздыхала и проверяла содержимое пакета. А сопровождавшие Гришу и уже знакомые мне мальчики в количестве двух штук кидали на меня гневно-обиженные взгляды.

– Выбрось его, – проговорила я, поднимая взгляд на подружку и имея в виду пакет.

– Нет, – замотала она головой. – Мне надо.