Кукловод судьбы

Пока.

Под затылок Эдеры скользнула рука, неожиданно мягкая и бережная, осторожно надавила на кость. Мгновенно исчезли тяжесть и жжение, пелена рассеялась. Звуки вновь стали громкими и звонкими, мысли обрели ясность. А затем вернулась боль, которую девушка уж было перестала воспринимать. Зрение стало отчетливым, и она увидела лицо Кэрдана, склонившегося над ней. Эдера закрыла глаза.

- А это я оставлю тебе, в награду за твою несгибаемость, - прозвучал его голос так близко, так ясно, так ненавистно. Его рука еще придерживала ей затылок, так ласково по контрасту с насмешливым тоном.

– Ты убедилась, что здесь не так просто умереть. А вот чувствовать боль – сколько угодно.

Он убрал руку – ее голова упала на подушку.

- Пусть поужинает, и приведи ее наверх, - велел он Пакоте и вышел.

- Слухала что ли? Жри и топай к хозяину. Да не телись. А то влетит тебе по самые не могусь, - сладострастно и мечтательно пообещала ей Пакота. Она вся изнывала, ожидая, когда же наконец Эдере влетит "по самые не могусь".

Эдере еще не хватало сил повернуть голову, чтобы увидеть ее, но девочка уже обоняла ее вонь – неизменную вонь дыма и горелого жира. Она огрызнулась ослабшим голосом:

- Самой тебе влетит по самые не могуси. Вон из моей комнаты.

- Щас! – осклабилась Пакота. – Хозяин велел вести тебя к нему, как потрескаешь.

- Потрескаю – поведешь. Пока что не потрескала, так что дрищи давай отсюда простоквашкой!

Пакота выкатилась. Эдера кое-как приподнялась с кровати. Желудок снова донимал ее изнуряющими стонами.

На столе стояла маленькая миска с жидкой, горячей похлебкой. Рядом – ложка и краюха ржаного хлеба. Ароматный пар бил в ноздри, удесятеряя муки голода. Эдера плюхнулась обратно на кровать, чтобы не видеть еды, но искушение было непереносимо. "Бес с ним", - махнула она и сползла с постели. Придерживаясь рукой стены, она доплелась до стола, упала на стул, схватила ложку, зачерпнула супу, вцепилась зубами в горбушку. "Раз умориться голодом до смерти он не даст, придется стоять до последнего. Значит, нужны силы", - оправдывалась перед собой Эдера, уплетая суп.

Суп, на вид скудный и непитательный, наверняка был заколдован. Когда Пакота явилась через полчаса, Эдера не просто твердо стояла на ногах – ее переполнял прилив сил и бодрости.

- Ишь, сияет! – возмутилась служанка. – Ужо лучше бы валялась плетью, как с утра. Зря хозяин тебя подъял, ох зря!

- Это тебя он "подъял", причем из самой вонючей могилы, - жизнерадостно огрызнулась Эдера.