Ведьма и Оборотень. Противостояние

Тесса не сопротивлялась его заботе, и это поначалу действительно поразило Керана, но когда он еще раз посмотрел в ее осунувшееся лицо, посчитал это причиной.

Как только тело Тессы коснулось мягкого материала сиденья, она подогнула ноги и уперлась ими в лицо. Прошло много лет с тех пор, как воспоминания о Кассиане стали для нее такой тяжелой реальностью. Судорожно сжав веки, она глубоко выдохнула, пытаясь успокоиться и не позволить воспоминаниям снова взять верх.

Проблема заключалась в том, что, как бы она ни старалась, ненависть была не единственной эмоцией, которая влекла ее к этому Ликаю.

Она посмотрела в эти теплые карие глаза, которые ответили ей таким же взглядом. Тесса некоторое время терпела его заботу, что было ясно видно по его лицу, но, в конце концов, снова закрыла глаза и повернулась лицом к окну.

Империя Вернея, Империя Тьмы, Территория Кентавров

- Не стану лгать тебе, Лоуренс, я никогда не видел такой могущественной книги и артефакта, как эта, - покачал головой Джарлан, старший Кентавр.

По просьбе друга, находившегося под влиянием песнопений Сирены, он пытался найти способ открыть книгу, принадлежавшую народу Сирен, и избавить Лоуренса от проклятия, которое на него наложила Сирена, известная как Джорджиана.

- Не хотелось бы этого слышать, - раздраженно проворчал Лоуренс, отодвигая миску с жареным мясом в сторону, беря куриную ножку и с жадностью вгрызаясь в нее.

- Мне очень жаль, Лоуренс, но это правда. Я просто не могу открыть эту книгу, - он посмотрел на позолоченную книгу, обернутую мехом, с выгравированным гербом в виде Сирены, играющей на арфе.

- Тогда что мне остается делать, Джарлан, - он всплеснул руками, а затем вытер жир, стекающий с подбородка.

- Ну, вероятно, найти ту Сирену, которая связана легендой, о которой ты мне рассказывал, - пожал он плечами и потянулся за кубком красного вина, которое мерцало в серебряной чаше, стоящей на деревянном столе в его уютном логове в горах.

- Это не кажется легкой задачей, Джарлан, - сказал Лоуренс, удобно развалившись в кресле и подперев подбородок руками.

Пожилой мужчина напротив него только задумчиво поджал губы.

- У меня нет другого выбора, кроме как согласиться с тобой, но, как ты сам прекрасно знаешь, даже самая большая трудность не является неразрешимой, - заговорщически пробормотал он, и на его лице промелькнуло всезнающее выражение, которое заставило Лоуренса напрячься и слегка наклониться.

- Хм...