Проснуться ото сна

Никогда, - процедил я сквозь зубы. - Больше ты ни копейки не получишь, и не хочу тебя знать.

- Спасибо. Спасибо, сынок, - Дениэл опустился на корточки и быстро хватал разбросанные деньги, складывая их за пазуху.

От его обращения мое лицо невольно скривилось в гримасе.

- Это не для тебя, а для твоей новой семьи. - Дениэл уже успел выпрямится, и теперь, глупо улыбаясь, спиной пятился к двери. - Ты уже потерял одного сына, и если тебе они действительно так сильно дороги, то уделяй ребенку больше времени. Ты ему нужен как отец, а не как тряпка, коей был раньше.

Выходящий быстро закивал и вышел вон, закрыв за собой дверь.

Я приложил руку ко лбу. Меня трясло, в висках пульсировала нарастающая боль. В этой ситуации я чувствовал себя обманутым мальчишкой, вновь попавшимся на удочку шарлатана.

Подойдя к двери, я открыл ее. За ней раскинулся двор, посыпанный мелкими камнями, тропинка, по краям которой росло несколько больших деревьев - два клена и один дуб - вела к воротам. Отца уже не было видно.

Я захлопнул дверь и ударил по ней кулаком, словно злясь именно на нее. О возможном рождении брата я даже предположить не мог. Я так мечтал о нем в детстве, но не сейчас. Эта мысль меня неприятно удивила. Дениэл так беспокоиться о новой семье, как никогда о той, которая была у него раньше. Неужели он действительно изменился? Верится с трудом.

- Не хочу больше думать о нем! - Резко развернувшись, я вбежал в комнату.

Рано утром я планировал уехать из дома, но в преддверии событий смог уснуть только перед рассветом.

Мне казалось, что в комнате настолько душно, что с трудом можно дышать. Открыв окно, я полночи наблюдал за колыхающимися шторами, слушал шум улицы. Мысли путались, вихрем кружась в голове. В полном изнеможении я все-таки смог погрузиться в сон.

Утром, попив только чаю, я вышел на улицу. С собой у меня было немного припасов в дорогу и пара небольших чемоданов, но в основном я ехал налегке.

Я ехал верхом уже несколько часов, устав от быстрой скачки перешел на шаг.

Мой конь тяжело дышал, недовольно фыркая, косился на меня, позади остались несколько привалов, перекусы, любование великолепной местностью. В такие минуты я жалел, что не художник и не могу запечатлеть на холсте всю красоту мира.

- Не волнуйся дружище, сейчас мы переночуем и к завтрашнему вечеру прибудем на место.

Путь проходил не так гладко, как я рассчитывал. Днем припекало солнышко, но к вечеру из-за прохладного ветра холод проникал под одежду.