Письма и имена

А к автобусам не подобраться. Да и толку в этом нет никакого – они все тоже по шоссе еле ползут. Я и сама сейчас начну кипеть и дохнуть!!! Тут до моста этого чертова шесть остановок, а такси на третьей заглохло. Да и вокзал тоже как-то от трассы в стороне…

Она сделала шаг назад, стянула с себя расстегнутую куртку, и принялась пихать ее в рюкзак. Поступок был не самым разумным, учитывая температуру на улице, но лазить по снегу одетой сил уже никаких не было. Женька почти справилась с поставленной задачей, потом вспомнила, что пачка сигарет осталась во внутреннем кармане, и едва не расплакалась от досады.

- Дьявольщина! Все – одно к одному! Или – опоздаю, или – заболею! А билетов больше нет, как государь и предсказывал. Эх! Надо было сразу взлетать, а не оглядываться на ползущие машины. А теперь я просто не смогу это сделать…

Она докурила вытащенную сигарету, и снова упрямо зашагала по сугробам, бормоча сквозь зубы:

Когда все обратятся в прах – обращайся в слух. Не ругай меня, мама – я буду не позже двух полнолуний, столетий.

.. Ну, в крайнем – три жизни жди: я иду до Земли и обратно – считать ножи. Или тонкие стрелы, укусы пустынных змей. Пока нет меня, мама, прошу: молока согрей. До Земли и обратно – я буду не позже двух. Когда все обратятся в прах – обращайся в Дух. Ни о чём не жалей – я, как прежде, иду один среди сотен распятых, среди золотых осин, что краснеют под взглядом. Рассыпься. Аминь и ах! Не ругай меня, мама, пиши на двойных листах мне короткие письма. Я буду не позже трёх. Когда всё обратится в прах, помоги нам Бог…

Эстакада, наконец, закончилась, и напротив торгового центра появился тротуар. Причем, чищенный. Но это тоже было плохо, ибо вместо привычного асфальта на нем была уложена плитка. Если учесть, что снег падал на мокрую землю, то под ним присутствовал голимый лед. А птичьи кроссовки были рассчитаны исключительно на асфальт и снег. На льду же лапы даже при хорошем раскладе начинали скользить и разъезжаться.

- Дьявольщина! – успела подумать Женька, чувствуя, как земля стремительно летит ей навстречу.

Может, она и смогла бы сгруппироваться, но чертов рюкзак потянул ее назад, и она поняла, что сейчас со всей дури треснется затылком… Но в последнюю секунду ее подхватили чьи-то руки и немного задержали падение. Правда, не удержавшись на ногах, нечаянный спаситель плюхнулся на нее сверху.

- Еntschuldigen Sie! – виновато пробормотал чей-то голос.

- Чего? – растеряно переспросила Птица и открыла глаза.