Фарн воина Максима

Максим тоже кивнул, чувствуя себя уже увереннее — праздник подходил к концу, и вероятность, что он сделает какой-нибудь недопустимый для царя промах, стремительно уменьшалась.

Несколько молодых женщин увели Ясну в царский шатёр, а спустя несколько минут туда направился и Стрельцов, взяв у «назначенных» его друзьями парней меч и жестом пригласив их следовать за собой. В шатре, на низкой, но широкой, занимающей чуть ли не половину всего пространства постели из шкур, уже возлежала Ясна, а перед этой постелью, на расстеленной на полу скатерти, стояло блюдо с жареным мясом и чаши с вином.

Максим подошёл к постели, взмахнул мечом и резко опустил его плашмя на шкуры, а потом вежливым жестом пригласил своих «друзей» сесть к импровизированному столу. Те расселись вокруг скатерти, взяли по куску мяса и подняли чаши с вином. Но, как Ясна и говорила, долго сидеть в шатре гости не стали. Выпив за счастье Великой Матери и её избранника, они поднялись, поклонились и вышли наружу, в сгустившиеся сумерки, полные музыки, весёлых криков и прочего шума.

Стрельцов, не раздеваясь, прилёг на шкуры рядом со своей улыбающейся юной женой.

— Что дальше делать, тебе подсказать? — подмигнула она ему.

— Спасибо, дальше я знаю, — с серьёзным видом ответил новый царь сарматского народа.

Глава 7

Это случилось в одну из ночей, когда они, тесно сцепившись обнажёнными телами, лежали под пологом из шкуры медведя.

- Царь, беда! - послышался в тишине резкий крик стражника, - Огни!

Царь и Великая Мать одновременно вскочили и стали лихорадочно одеваться и вооружаться.

Всё было ясно: на горах и предгорьях стояла цепочка постов, тянущаяся до середины равнины по курганам, где были похоронены умершие в этом мире великие люди племени, и если на них загорались огни, значит, из-за гор шли демоны. Времени было мало: нечисть двигалась так быстро, что иной раз успевала достичь лагеря, прежде чем последний пост зажигал костёр.

Разумеется, за все дни своего царствования в затерянном племени Стрельцов думал об этой опасности, расспрашивал тех, кто уже бился с порождениями Зындона.

Выходило, что главное военное преимущество сарматов - тяжёлая конница - тут не работало: кони панически боялись огненных бесов и отказывались идти в атаку. Приходилось надеяться лишь на стрелы с «чистым огнём», который сейчас лихорадочно разводила перед шатром Ясна, бормоча заклинания, и на немногочисленное огнестрельное оружие с уже «очищенными» Великой Матерью патронами.