Волчья клятва

— Дорогой, давай ему позвоним? Что-то мне тревожно.

Дождавшись рекламы, дедушка с кряхтением поднялся и посмотрел на бабушку.

— Позвоним.

В общине связь плохо ловила, это значило, что дедушке с бабушкой нужно ехать в сторону Ловелла или к курорту, где установили усилитель.

Они ушли, а я осталась в доме одна. С кухни уже тянулся запах подгоревшего. С трудом поднялась с дивана, медленно прошла в кухню через качающуюся дверь и выключила духовку. Обычно, кухня бабушки Нормы напоминала хозяек из пятидесятых. Все в идеальном порядке, согласно заповедям Джулии Чайлд, чья книга по кулинарии стояла на полке, сколько я себя помню.

Но не сегодня. Все было брошено на полпути. Мука до сих пор не убрана со стола, овощи в раковине ждут, когда их вымоют, мокрое полотенце висело на спинке стула. Гармония нарушена.

Стало холодно. Я знала, что это неправда, но очень хотелось укрыться одеялом. Я взяла оставленный у входа дедушкин жилет и накинула себе на плечи. Хотелось бы, чтобы они одним звонком развеяли тревогу. Хотелось бы, чтобы они одним звонком вернули дядю обратно, который ушел искать маму, но нашел свой путь.

Хотелось бы…

Я потянула за ремешок браслета и развернула его так, что было можно прочесть слова. Мира Дормер.

У каждого из нас до самой смерти был именной ремешок, он хранился на тополе и свидетельствовал о причастности к стае. Когда ты умирал — браслет превращался в пепел вместе с тобой. Когда ты уходил в другую стаю — ты забирал его с собой. У этого браслета была другая судьба.

Шесть лет он ждал возвращения своей хозяйки.

А потом однажды пропал с ветки тополя. Бабушка с дедушкой были раздавлены, все вокруг были уверены, что мама покинула стаю и забрала браслет, никому не сказав.

Пока однажды я не вернулась на рассвете с браслетом на руке. Волчица увела меня далеко в лес, и там я видела ее — маму. Она стояла в волчьем обличье, неотрывно смотрела, но ближе не подходила. Я погналась за ней, но ее и след простыл. Словно призрак. Всю ночь я рыскала в ее поисках, пока обессиленная так и не уснула в шкуре волка.

Утром я проснулась в теле человека, рядом лежала серая сорочка, доходящая мне до икр и мамин браслет.

Я вернулась, переполошив всю общину, которая меня искала. Но когда рассказала, что видела, бабушка опустилась на ступеньки и по ее лицу градом полились слезы.

— Просто ее забрал лес, — прошептала бабушка.

— Носи ее с достоинством, — сказал мистер Вилсон, который недавно присоединился к нам. — Это большая честь. Связь двух миров.