Ну, здравствуй, муж!

Женщин в гареме хватало…

– У меня такое чувство… Мне кажется, ему зачем–то надо, чтобы я его ненавидела…

– Бедная девочка, сколько же тебе пришлось вынести! – рука Сесилии легла на колено гостьи. – Как же тебе помочь? Слушай, а может, наскребем денег и купим амулет перемещения?

– Нет, не наскребем, – Александра всхлипнула. Рон, жалея, лизнул ее щиколотку. – Даже если мы продадим дом, денег не хватит. И потом, я не могу вернуться на Землю.

Шаша задрала платье и показала на внутренней стороне бедра небольшое круглое клеймо.

Будто пальцем кто–то сильно надавил, оставив красный след.

– У птенцов короля нет родины, мы там, куда нас пошлют. Но я не могу покинуть этот мир. За его пределами меня ждет немедленная смерть.

– Но почему же тогда не ставят подобные метки остальным рабам? Для хаюрдагов это было бы очень удобно… Ой, прости, милая, я интересуюсь из чистого любопытства. Я и сама когда–то была рабыней, но сумела выкупить себя.

– Это древняя магия, которая замешивается только на королевской крови.

Она по капле отнимает у Хаюрба жизнь.

– Значит, ты особая?

– Выходит, что так…

Глава 4. Подмена

«Интересно, как Сесилия выкупила себя из рабства? – Гаррон еще раз осмотрел мастерскую и остановил взгляд на хозяйке. – Без магии артефакт не создашь, а значит, я был прав, думая, что хозяйка агридка, причем из знатного рода. Но как она оказалась в Хаюрбате? Выкрали? Почему не всполошились родственники? И чем она могла откупиться? Кто из хаюрдагов позволил бы курочке, несущей золотые яйца, оказаться на свободе?»

Пес перестал пялиться на Сесилию, пытаясь отыскать в ней знакомые черты какого–нибудь царедворца.

Артефакторша вполне могла быть бастардкой, коим строгий учет никогда не велся. Он сам совсем недавно узнал, что у отца на Земле росла внебрачная дочь Джулия.

«Росла, росла, да и выросла. До жены лорда Ханнора доросла. Эх, поскорей бы домой. Мы бы быстро выяснили, кто снабжает хаюрдагов его амулетами», – в том, что маг из рода Разрывающих пространство не виноват, Гаррон и на мгновение не сомневался.

– Давай начнем с твоего преображения. Даже если кто–нибудь нагрянет ко мне, он не должен догадываться, что ты Шаша. Скидывай платье. Оно слишком заметное.

– У меня других нет. Статус обязывал одеваться дорого.

– Я понимаю, – Сесилия поставила на стол железную чашу. Подхватила брошенный ворох одежды и, полив его черной маслянистой жидкостью, подпалила.