Фаворитка

— Мина, мне нужно кое- что сказать ! — произнес граф, взял старшую дочь за локоть, и они вышли из кабинета.

Меня совершенно не обидела то, что у графа были секреты, видимо, связанные со свадьбой Мины, и не предназначенные для ушей Эль. Это мне на руку — осталась в кабинете одна.

У меня был один сомнительный талант, которым я, в обычной жизни, пользовалась для шуток и розыгрышей — умение копировать почерки, любые. И получалось это весьма похоже на оригинал. В игре я сочла допустимым использовать такие махинации, ведь обманывала я не человека, не своего отца, а всего лишь картинку, микросхему, поэтому мук совести не испытывала.

Я взяла несколько листов бумаги, тиснула на них печатью — благо граф еще не убрал ее обратно в сейф — и, взглянув на письмо Энистона, написала на каждом листке такую же сумму, и расписалась, как отец. Написание сопроводилось одним испорченным листом ( кляксой), ведь я впервые писала пером, но уже вторую и последующие бумаги состряпала быстро, и без проблем.

Затем, спрятав подделки в рукав, как ни в чем не бывало, вышла из кабинета, не дожидаясь возвращения отца.

Перед поездкой в город мы позавтракали, но я опять отказалась от "барской" еды, и снова поела на кухне солдатской каши.

Так я с голода помру! То, что готовят для господ есть невозможно, а питаться одной кашей — такое себе!

Глава 3

Я не раз бывала — в играх — в средневековых городах, поэтому Менос, куда мы с Миной отправились в карете, меня не удивил.

Он находился в часе езды от замка, был окружен стеной, которая имела следы прошедшей войны — пестрела "заплатками", а ее верх казался покусанным. Сам Менос состоял из главной улицы, упирающейся в площадь, чуть большую, чем замковый плац, и нескольких отходящих от нее улочек. И главная улица, и боковые, были узкими, с тесно стоящими двухэтажными домами, первые этажи которых занимали лавки, кабаки и разные другие заведения. В городе тоже виднелись следы войны — дома были с каменными заплатками, а между ними, тут и там, зияли пустыри.

Мы вошли в полутемное, из- за малого количества узких окон, казначейства, аналога местного банка, и я вручила казначею письмо отца. Этот пожилой худой человек довольно долго изучал бумагу, сравнивая, с образцом подписи и печати графа, затем ушел в соседнее помещение, и вернулся, неся мешочек с монетами, который и отдал нам.