Чужой жених

И за всё это придётся наверное хозяину возместить. Хозяин усадьбы… Воевал значит. Что-то вертелось в голове какая-то мысль. Вертелась и ускользала. Она так и не смогла её поймать. Но то что она услышала никак не вязалось с тем образом, что она придумала. И он не хочет чтобы о слуги говорили о нём. Странно… Может быть, его в такую глушь сослали за какие то преступления?

Поскольку делать ей было нечего, она тут же в своём слишком живом воображении выстроила кучу предположений об этом таинственном мужчине. К моменту, когда завтрак был съеден, его образ уже оброс пугающими подробностями.

Тем приятнее было поддаться воображению, что Дженни была уверена – закончатся эти шесть дней и она никогда больше не увидит этого человека. А значит он может быть кем угодно, она придумала его. И ей нравилась эта игра.

Отодвинув тарелку с супом, она потянулась за колокольчиком. Неловко дотронулась до него и он упал на пол, издав жалобный звук. Ну вот. И что теперь ей делать?

Дженни ничего не видела и даже не знала, высока ли кровать.

Но не звать же ей на помощь? Наверняка дом просто огромен. А комната, где она лежит находиться в каком-нибудь старом крыле, потому что она очень редко слышала шаги за дверью. Она может кричать, пока не охрипнет и никто не ответит ей. А лежать с подносом и грязной тарелкой на себе и вовсе не хотелось.

Она попыталась подвинуть поднос, чуть дальше по одеялу. Главное, не испачкать чужое бельё. Потом осторожно откинула край одеяла и попыталась сначала сесть, а потом на ощупь слезть с кровати.

Вот только она не учла, что после болезни ни разу не вставала на ноги. Ноги дрожали и отказывались держать. Дженни уцепилась за столик. Неудачно. Она только почувствовала, как столик падает на неё. И сама едва не упала, зацепившись за край кровати. Посыпалась со звоном посуда на пол.

Вот ужас! А она как назло, полностью беспомощна. Теперь нащупывать колокольчик на полу среди осколков было вдвойне опасно. Но и залезть на кровать сама без помощи она не сможет, и переступить было страшно – вдруг наступит босой ногой на осколки.

И тут послышались шаги. Такие знакомые. Вот хозяин этого дома ей устроит! Вдруг внезапно посетило ощущение как когда-то в детстве, когда напроказив она боялась показаться на глаза отцу, зная что он несомненно отругает. Но она больше не маленькая девочка, а хозяин этого дома – не отец ей. Она всё оплатит. Вот только как? У неё теперь наверное даже сменного платья не было.

Дженни закусила губы.