Иди через лес

Приглядевшись к земле, она даже наклонилась и осторожно расчистила рукой небольшой клочок — под слоем дерна и листвы оказались округлые серые булыжники, тщательно подогнанные друг к другу.

— Мы близки к Бранхилдису, — негромко сказал Ортвиг, с прищуром глядя вперед. Кира проследила за его взглядом, но увидела лишь деревья и кусты, как и раньше. К середине следующего дня они покинули лес и вышли на чудом сохранившуюся дорогу. Теперь можно было смело сказать, что они действительно добрались до старого города — точнее, до того, что от него осталось.

Кира с замиранием сердца смотрела на разрушенную крепостную стену — за столько веков камни рассыпались, а те, что еще остались, полностью покрылись зеленым мхом. Старые ворота были разрушены и завалены обломками дозорных башенок, так, что не пробраться, и Кира, нахмурившись, попыталась мысленно прикинуть высоту стены и башен.

— Они гораздо ниже, чем в Эрлисе, — удивленно сказала она, и Варт пояснил:

— В те времена, когда был построен Бранхилдис, в лесу обитали только обычные хищники… ну, и разбойники тоже.

Это в наше время приходится строить настолько высокие укрепления, потому что могут полезть чудовища.

Ортвиг подошел к развалинам дозорной башни и принялся забираться по камням наверх, осторожно переставляя руки и ноги, чтобы не поскользнуться на покрытых мхом камнях. Остановившись на уцелевшей площадке, он призывно махнул рукой, и вскоре они вчетверомвзглянули на останки некогда прекрасного города.

— Говорят, Асга была построена по его образу и подобию, — задумчиво протянул Годриг.

— Ее называли «младшей сестрой», а Бранхилдис — «страшим братом». Что сказать… сестра выглядит гораздо лучше, чем братец.

Кира подавлено молчала, разглядывая разрушенный город. Когда-то он, наверное, и правда поражал красотой, но все, что осталось теперь — лишь мертвые развалины. Взгляд сразу зацепился за жуткую дыру в самом центре, и Кира содрогнулась от леденящего, животного страха, накатившего на нее. Захотелось развернуться — и рвануть куда подальше, забыв обо всем и обо всех, лишь бы убраться отсюда, не видеть… С трудом подавив дрожь, она отвела глаза от дыры, все еще чувствуя липкий, вязкий страх, притаившийся внутри.

По улицам города, расходясь от дыры, змеились трещины, некоторые шириной в человеческий рост, другие — не толще руки ребенка. В хаотичных нагромождениях камней лишь с трудом можно было угадать силуэты домов, но чем дальше от центра, тем больше построек сохранилось — кое-где даже крыши уцелели.