Золотая шпора, или Путь Мариуса

Да больше, больше! Но решительно не мог понять, чего же следует опасаться. Что, скажите на милость, может выйти из разговора наедине? Может, черт, они сообщники? И вся карусель затеяна как раз этого разговора ради? Может, намечается грандиозное надувательство? Поразмыслив, староста успокоил себя. Невозможно поверить в заговор ужа и ежа. Кроме того, здесь, в Черных Холмах, все – под контролем. Импровизации исключены. Староста сердито поднялся и, грозно хмыкнув, покинул амбар.

Уго облегченно вздохнул. Полдела сделано! От старосты удалось отделаться, а это главное.

– Присядь, друг Мариус! – Уго говорил мягко, напевно, работая на контрасте с брутальным Ури Боксерманом.

Мариус, как завороженный, глядел на ласкового грамотея. Наконец, с большим опозданием до него дошел смысл сказанного. Мариус перевел взгляд на стул, осиротевший после ухода старосты. Тяжкое раздумье – и Мариус с опаской присел на краешек.

Уго перевел дух, подыскивая оптимальные формулировки.

– Ты должен рассказать мне всю правду. Если что-то утаишь, это обернется против тебя, и спасти тебя я не смогу.

Уго видел, что Мариус воспринимает речь. Но, Бог ты мой, какие заторможенные рефлексы у этого овечьего пастыря!

– Наверное, проще, если ты будешь отвечать на мои вопросы. Вопрос первый и главный: ты убил гвардейца?

Мариус энергично и отрицательно замотал головой.

– Так я и думал. Впрочем… Ну, да ладно. Вопрос второй: знал ли ты убитого?

– Не… Я… В первый раз… – бормотал Мариус.

– Понятно, – усмехнулся Уго. – Кого-то подозрительного рядом с двором накануне видел?

Отрицательный кивок

– Так, – протянул Уго, несколько озадаченный. – Ладно, идем дальше. Как получилось, что ты лежал в кровати, весь перепачканный кровью?

– Не знаю, – промямлил Мариус со слезой в голосе.

– Это как же?

– Не помню ничего. Спал я, а когда проснулся, в доме было полно народу, и кругом кровь.

– Хорошо. Допустим. А что было до того, как ты лег спать?

Мариус замялся. Пауза затягивалась.

– Правда и ничего, кроме правды, – напомнил Уго, чувствуя, что начинается самое интересное.

Мариус обреченно вздохнул и пробормотал:

– Мы сидели с Мусти, и я… я ему рассказывал… рассказывал… про золотую шпору.

– Про что? – Уго начинал волноваться и возбужденно глотать некоторые звуки.

– Про золотую шпору.